1470—1471 гг. — Договорная грамота короля польского и великого князя литовского Казимира IV с Великим Новгородом

Се яз честны король полскии и князь велики литовьскии докончял есми мир с нареченным на владычьство с Феофилом, и с посадники новогородцкими, и с тысяцкими, и з бояры, и с житьими, и с купци, и со всем Великим Новымъгородом.

А приехаша ко мне послове от нареченаго на владычьство Феофила, и от посадника степенного, и от тысяцкого степенного Василья Максимовичя, и от всего Великого Новагорода мужеи волных посадник новогородцкии Офонос Остафьевич, посадник Дмитреи Исакович, и Иван Кузмин, сын посаднич, а от житьих Панфилеи Селифонтовичь, Кирило Ивановичь, Яким Яковличь, Яков Зиновьевичь, Степан Григорьевичь. Докончял есми с ними мир и со всем Великим Новымъгородом, с мужи волными. А держати ти, честны король, Велики Новъгород на сеи на крестнои грамоте. А держати тобе, честному королю, своего наместника на Городище от нашеи веры от греческои, от православнаго хрестьянства. А наместнику твоему без посадника новогородцкого суда не судити. А от места кун не имати. А Великому Новугороду у твоего наместника суда не отъимати, опричь ратнои вести и городоставлениа. А судити твоему наместнику по новогородцкои старине. А дворецкому твоему жити на Городище на дворце, по новогородцкои пошлине. А дворецкому твоему пошлины продавати с посадником новогородцким по старине, с Петрова дни. А тиуну твоему судити в одрине с новогородцкими приставы. А наместнику твоему, и дворецкому, и тиуну быти на Городище в пятидесяти человек. А наместнику твоему судити с посадником во владычне дворе, на пошлом месте, как боярина, так и житьего, так и молодшего, так и селянина. А судити ему в правду, по крестному целованью, всех равно. А пересуд ему имати по новогородцкои грамоте по крестнои, противу посадника; а опричь пересуда посула ему не взяти. А во владычен суд и в тысяцкого, а в то ся тебе не вступати, ни в манастырские суды, по старине. А поидет князь велики московскии на Велики Новъгород, или его сын, или его брат, или которую землю подъимет на Велики Новъгород, ино тебе нашему господину честному королю всести на конь за Велики Новъгород и со всею с своею радою литовскою против великого князя, и боронити Велики Новъгород. А коли, господине честны король, не умирив Великого Новагорода с великим князем, а поедешь в Лятцкую землю или в Немецкую, а бес тебе, господине, поидет князь велики, или его сын, или его брат, или кою землю подоимет на Велики Новъгород, ино твоеи раде литовскои всести на конь за Велики Новъгород, по твоему крестному целованию, и боронити Новгород. А что Ржова, и Великиа Луки, и Холмовски погостъ, четыре перевары, а то земли новгородцкие; а в то ся тебе, честному королю, не вступати, а знати тебе своя черна куна, а те земли к Великому Новугороду. А Ржев, и Лукам, и Холмовьскому погосту, и иным землям новгородцким и водам от Литовскои земли рубеж по старине. А сведется новгородцу суд в Литве, ино его судити своим судом, а блюсти новгородця как и своего брата литвина, по крестному целованью. А сведется суд литвину в Великом Новегороде, ино его судити своим судом новгородцким, а блюсти его как и своего брата новгородця, по крестному целованию тако ж. А сведется поле новгородцу с новогородцом, ино наместнику твоему взяти от поля гривна, а двема приставом две денги; а учнут ходити за сречкою на поле, ино взяти твоим приставом две денги. А в Русе ти имати за проежжеи суд, через год, сорок рублев, а держати ти десять варниц в Русе; а в Водцкои земле имати ти за проежжеи суд, через год, тритцять рублев; а в Ладоге ти пятнадцять рублев; а с Ыжеры два рубля; а с Лопци рубль, за проежжеи суд, через год. А по иным волостем по новогородцким имати тобе пошлины по старине, а Новугороду пошлин не таити, по крестному целованию. А вывода ти, честны король, из Новогородцкои отчины не чинити, а челяди не закупати, ни даром не примати. А подвод по Новогородцкои отчине не имати ни твоим послом, ни твоему наместнику, ни иному никому ж в твоеи державе. А черна куна имати ти по старым грамотам и по сеи крестнои грамоте. А на Молвотицях взяти ти два рубля, а тиуну рубль за петровщину; а на Кунске взяти ти рубль; а на Стержи тритцять куниц да шестьдесят бел; а с Моревы сорок куниц да восмьдесят бел, а петровщины рубль, а в осенине полрубля; а в Жабне дватцеть куниц да восмьдесят бел, а петровщины рубль, а мед и пиво с перевары по силе; а на Лопастицях и на Буицях у чернокунцов по две куници и по две бели, а слугами бела; а на Луках наш тиун, а твои другои, а суд им наполы; а торопецкому тиуну по Новогородцкои волости не судити; а в Лубокове и в Заклинье по дв куници и по две бели, а петровщины сорок бел; а во Ржев по две куници и по две бели, а с перевары мед, пиво по силе. А в новогородцких волостех, ни на Демоне, ни на Цсне, ни на Полонове не надобе иное Литве ничто ж, ни черны куны не брати. А иных пошлин тобе, честны король, на новгородцкие волости не вкладывати через сию крестную грамоту. А сведется вира, убьют сотцкого в селе, ино тебе взяти полтина, а не сотцкого, ино четыре гривны, а нам вир не таити в Новегороде; а о убистве вир нет. А что волости, честны король, новгородцкие, ино тебе не держати своими мужи, а держати мужми новогородцкими. А что пошлина в Торжку и на Волоце, тивун свои держати на своеи чясти, а Новугороду на своеи чясти посадника держати. А се волости новогородцкие: Волок со всеми волостми, Торжок, Бежици, Городець Палець, Шипин, Мелеця, Егна, Заволочье, Тир, Пермь, Печера, Югра, Вологда с волостми. А пожни, честны король, твои и твоих муж, а то твои; а что пожни новогородцкие, а то к Новугороду, как пошло. А дворяном з Городищя и изветником позывати по старине. А на Новгородцкои земле тебе, честны король, сел не ставити, ни закупати, ни даром не примати, ни твоеи королевои, ни твоим детем, ни твоим князем, ни твоим паном, ни твоим слугам. А холоп или роба, или смерд почнет на осподу вадити, а тому ти, честны король, веры не няти. А купец поидет во свое сто... а смерд потянет в свои потуг к Новугороду, как пошло. А приставов тебе, честны король, не всылати во все волости новогородцкие. А у нас тебе, честны король, веры греческие православные нашеи не отъимати. А где будет нам, Великому Новугороду, любо в своем православном хрестьянстве, ту мы владыку поставим по своеи воли. А римских церквеи тебе, честны король, в Великом Новегороде не ставити, ни по пригородом новогородцким, ни по всеи земли Новогородцкои. А тиуну твоему в Торжку судити суд с новогородцким посадником; також и на Волоце, по новогородцкои пошлине, новгородцким судом; и виры и полевое по новгородцкому суду. А что во Пскове суд и печять и земли Великого Новагорода, а то к Великому Новугороду, по старине. А умиришь, господине честны король, Велики Новъгород с великим князем, ино тебе взяти честному королю черны бор по новогородцким волостем по старине одинова, по старым грамотам, а в ыные годы черны бор не надобе. А Немецкого двора тебе не затворяти, ни приставовъ своихъ не приставливати; а гостю твоему торговати с немци нашею братьею. А послом и гостем на обе половины путь им чист, по Литовскои земле и по Новогородцкои. А держати тебе, честны король, Велики Новъгород в воли мужеи волных, по нашеи старине и по сеи крестнои грамоте. А на том на всем, честны король, крест целуи ко всему Великому Новугороду за все свое княжество и за всю раду литовскую, в правду, без всякого извета. А новогородцкие послове целоваша крест новогородцкою душею к честному королю за весь Велики Новъгород в правду, без всякого извета.

Список конца XV — начала XVI в.; перед текстом: Список с доконченные, что были написали собе ноугородци с королем лета восмьдесять девятого.

ГПБ, Сборник 0. IV. 74

Поделиться: