Уговорная выкупная запись И. М. Строганова

ІѴ. Лета 7147, марта в 1 день, список с записи слово в слово, что выкупили Андрей да Петр Семеновичи Строгановы Никитинские вотчины Орлов городок и Очерской острожек, Ивана Максимовича треть, по его закладной, у гостя у Григорья Никитникова, да у Василья Шорина, да у Якима Патокина, в двадцати в четырех тысячах денгами и солью; и впредь Ивану до тои вотчины дела нет.

Се яз Андрей да Петр Семеновы дети Строганова, да яз Иван Максимов сын Строганова же, уговорилися есмя межь собою полюбовно, перед великим государем святейшим Иоасафом патриархом Московским и всея Русии, по его государеву благословению и жалованью, в том: что я Иван и сыном своим с Данилом вотчины свои заложил Василью Шорину, да Якиму Патокину, да гостю Григорью Никитникову и сыну его Ондрею, Усолку, и Слудку, и Яйву, и Орлов городок, и Новое Усолье, и Очер, и в них с соляными промыслы, с варницами и с цырены и с трубами с росолными, и с деревнями и со крестьяны, с пашенными и не с пашенными землями, и с сенными покосы, и с рыбными и с звериными ловлями, и с лесами, и со всякими угодьи, со всем без вывода, и в том им Василью, и Якиму, и Григорью и сыну его Андрею, давали записи закладные и кабалы с зарядом и с приписми болшими, чем я сам Иван, и с сыном своим с Данилом, владели по государевым жаловалным грамотам и по писцовым и по розделным книгам; и тем вотчинам в записях и в кабалах сроки прошли, что мы им заложили.

И те вотчины, по государеву цареву и великого князя Михаила Федоровича всея Русии жалованью и по указу, что государь царь и великий князь Михайло Федоровичь всея Русии пожаловал, указал те вотчины продать в наш в род Строгановых, а мимо роду своего не продавать, а пожаловал государь указал те закладные вотчины выкупати дядьям моим Ондрею да Петру Семеновым детям Строгановым, потому что их ближе к нам в роду нет; и по тому по его государьскому жалованью те вотчины дядья мои Ондрей да Петр и выкупали у Василья Шорина да у Якима Патокина, что я Иван с сыном своим с Данилом имали денги в соль, а давали им Василью и Якиму я Иван с сыном своим с Данилом на себя записи с зарядом, а подписывали во взятых денгах и в зарядех в поруки место вотчины свои, Яйвиньскую вотчину, и Орлов городок, и Новое Усолье, и Очер, с деревнями и со крестьяны и со всякими угодьи, и в тех вотчинах соляные промыслы с варницы и с цырены и с соляными трубами, по государевым жаловалным грамотам и по писцовым книгам и по розделным книгам, чем я Иван с сыном своим с Данилом сами владели. И в прошлом во сто четыредесять шестом году, я Иван и с сыном своим с Данилом с ними Васильем Шориным и с Якимом Патокиным помирилися по тем двум записям, в Яйвинской вотчине и Орловской Микитинской вотчине, во взятых денгах и в вотчинах и в зарядех, и те мы записи я Иван и сын мой Данило взяли их держати к себе; а что довелось с ними, по мирному договору, мне Ивану и с сыном своим с Данилом дати им Василью Шорину и Якиму Патокину две тысячи четыреста тридцать два рубли пять алтын две денги, и те денги дали им Василью и Якиму дядья мои Ондрей да Петр Строгановы, на Москве, за мой Иванов долг и сына моего Данила, для выкупу и очищенья тех родовых своих старинных вотчин, Яйвинской вотчины, и Орлова городка, и Новаго Усолья, и с соляными промыслы, и Очеру; и в том я Иван и сын мой Данило, по договору с дядьею своею с Ондреем и Петром Строгановыми, в том мы меж собя и росписались записми договорными, за своими руками, дядьи моей Ондрея и Петра и моею Ивановою и сына моего Данила, и за послуховыми руками, Василья Янова да Ивана Кавтырева, что мне Ивану и сыну моему Данилу зачесть и платить те денги дядьям моим Ондрею и Петру, вотчиною своею Орловскою, и Новым Усольем, и Очером, и в них соляными промыслы варницами и соляными трубами, и пашенными землями и со крестьяны, и с сенными покосы, и со всякими угодьи, чем я сам Иван с сыном своим с Данилом владели, по государевым жаловалным грамотам и по писцовым книгам и по розделным книгам, на срок, на Благовещениев день пречистые Богородицы сто четыредесять шестаго году; и мне Ивану и сыну моему Данилу написано в тех наших в уговорных записях, что зачесть, за то за все, дядье своей Ондрею да Петру, вотчиною своею Орловым городком, и Новым Усольем, и Очером, и в них соляными промыслы с варницами и с соляными трубами, и с пашенными землями, и с сенными покосы, и со крестьяны и с бобылями и со всякими угодьи, по государевым жаловалным грамотам и по писцовым и по розделным книгам, чем я Иван и с сыном своим с Данилом сами владели своею третью. А что и Яйвинская моя вотчина, острожек, с соляным промыслом с варницами и с цырены и с трубами с росолными, и с деревнями и со крестьяны, и с сенными покосы: и та ныне вотчина очищена вся от Василья Шорина и от Якима Патокина и ни у кого не в закупе и в закладе нет, и тою Яйвинскою вотчиною владети мне Ивану и с сыном своим с Данилом написано в тех наших в уговорных записях.

Да в тех же наших в уговорных записях написано, что впредь мне Ивану и сыну моему Данилу Орловской родовой вотчины и Новаго Усолья, и с соляными промыслы, не продавати и не закладывать и в крепостях ни в каких не подписывати, никому сторонным людем, кроме роду своего, дядьи своей Ондрея да Петра Строгановых; а будет яз Иван и с сыном своим с Данилом ту вотчину, свою треть Орловскую, и Новое Усолье, и Очер, с деревнями и со крестьяны, и в них с соляными промыслы и с варницы и с цырены и с трубами с росолными, и со всякими угодьи, чем я Иван и с сыном своим с Данилом сами владели, по государевым жаловалным грамотам и по писцовым и по розделным книгам, кому что продадим, или заложим, или в каких крепостех подпишем, мимо роду своего Андрея да Петра Строгановых, и та наша продажа не в продажу, и заклад не в заклад, и подписка не в подписку, в каких крепостех не будет, и тому не крепко сторонным людем, кроме роду своего Андрея да Петра Строгановых и их детей, потому что те вотчины родовые наши Строгановых; и те я Иван записи договорные у дядьи своей взял, за своею рукою и сына своего Данила и за послуховыми руками, что писаны были межь нами в прошлом во сто четыредесят шестом году декабря в первый день, а их запись им отдал, за их руками Андреевою и Петровою и за послуховыми руками, потому что межь нами ныне по нынешнему договору ся нынешняя новая запись уговорная стала.

Да я ж Иван с сыном своим с Данилом дали есмя другую запись дядьям своим Ондрею да Петру Строгановым, что оне, в прошлом во сто четыредесят шестом году декабря в третий день, выкупили кабалу у гостя у Григорья Леонтьева сына Никитникова и у сына его у Андрея в тысяче в трех стах рублех, что я Иван с детми своими займовал у них денги, от ста четыредесять четвертаго году, с Благовещенева дни пречистые Богородицы, до сто четыресять пятого году, до сроку до Благовешениева ж дни пречистые Богородицы, а в тех денгах яз Иван Строганов с детми своими с Михаилом да с Данилом подписывали в тои кабале Григорью Никитникову и сыну его Ондрею, в поруки место, в вотчине своей, в Новом Усолье, пять варниц своих, с трубами росолными и с цырены и со всяким варнишным заводом, и со крестьяны, чем я Иван с детми своими владел по государевым грамотам и по писцовым книгам, те же варницы, что подписывал ему Григорью и сыну его Ондрею; и ныне дядья мои Ондрей да Петр Строгановы ту кабалу отдали мне Ивану и сыну моему Данилу, и мне Ивану и сыну моему Данилу та кабала зачесть и платить те ж денги по сей запись дядьям своим Ондрею да Петру Строгановым, вотчиною, своею третью Орловскою, и Новым Усольем, и Очером, и в них соляными промыслы с варницами и с соляными трубами, и пашенными землями, и со крестьяны и с бобылями, и со всякими угодьи, чем я сам Иван с сыном своим с Данилом владели по государевым жаловалным грамотам и по писцовым и по розделным книгам, на срок, на Благовещениев день пречистые Богородицы сто четыредесять шестаго году, в том яз Иван в с сыном своим с Данилом сю запись дал дядье своей Ондрею да Петру Строгановым, сто четыредесять шестаго году декабря в первый день, за своею Ивановою рукою, и сына своего Данила рукою, и за послуховою рукою Ивана Кафтырева; и ныне я Иван и ту другую запись взял к себе же, потому что межь нас нынешняя новая запись учинена.

Да в прошлом во сто четыредесять пятом году, Февраля в первый день, займовал яз Иван Строганов и с сыном моим с Данилом Строгановым же, в кабалу, денег у Московского гостя у Григорья Леонтьева сына Никитникова да у сына его у Ондрея Григорьева сына Никитникова, пять тысячь семьдесят рублев денег Московских ходячих, Февраля с перваго числа нынешняго сто четыредесять пятаго году, впредь на год, Февраля же до перьваго числа сто четыредесять шестаго году, до того сроку без росту; а подписали мы я Иван Строганов и с сыном своим Данилом в тех денгах, в вере, вотчину свою, варнишные промыслы, и Новое Усолье, и от Новаго Усолья вниз по Каме реке по обе стороны, чем я Иван и с сыном своим с Данилом владеем по розделным книгам, что я Иван делился с дядьями своими с Ондреем да с Петром, со крестьяны и с пожнями и со всякими угодьи и с сенными покосы и с деревнями, что за мною за Иваном написано по государевым грамотам и по розделным книгам, опричь Чюсовые; а будет я Иван с сыном своим с Данилом тех денег Григорью и сыну его Ондрею на тот срок сполна по сей кабале не заплатим, и на ту нашу вотчину на Новое Усолье и на Камскую вотчину, чем я Иван с сыном с Данилом владеем по Каме реке по обе стороны, ся кабала и купчая; а на то послухи: Андрей Суботин, да Иван Софонов, да Кузма Миронов, да Осип Ушатой; кабалу писал Маркелко Семенов сын Никитина, лета 7145 году; позади пишет: Иван Строганов с сыном своим с Данилом денги занял и руку приложил, послух Ондрюшка руку приложил, послух Ивашко руку приложил, послух Куземка руку приложил, послух Осипко Ушатой руку приложил.

Да в прошлом во сто четыредесять шестом году, маия во вторый день, бил челом государю царю и великому князю Михаилу Федоровичю всея Русии гость Григорей Никитников, и с сыном своим с Ондреем, на меня Ивана и на сына моего Данила, по тои кабале в пяти тысячах в семидесят рублях, а подавал челобитную в Посолском Приказе думному дьяку Федору Лихачеву да дьяком Максиму Матюшкину да Григорью Львову, что срок той кабале прошел, чтоб государь пожаловал велел по той кабале указ учинить; и яз Иван с Григорьем Никитниковым с очи на очи ставлен и кабалы не попирался, что денги с сыном своим с Данилом займовал и платити нам не чем, и на той кабале думной дьяк Федор Лихачев пометил: сто четыредесять шестаго году, маия во вторый день, заимщик Иван, и в сына своего место, по сей кабале винился, и о том били челом государю царю и великому князю Михаилу Федоровичю всея Русии дядья мои Ондрей да Петр Строгановы, что оне, до сроку, Григорью Никитникову и сыну его Ондрею по той кабале денги платили тысячю рублев, и в той уплате до сроку Григорей Никитников им дядьям моим Ондрею да Петру дал отпись за своею рукою Григорьевою, что он денги до сроку взял тысечю рублев, и ныне досталные денги платят; и государь царь и великий князь Михайло Федоровичь всея Русии дядью мою Ондрея и Петра пожаловал, и на челобитной их подписано, что государь их пожаловал, по той плаченой кабале Григорью Никитникову досталные денги платить им Андрею да Петру, что вотчина родовая их; и по той кабале Григорью Никитникову досталные денги четыре тысячи семьдесят Рублев платили, в Посолском Приказе, дядья мои Ондрей да Петр Строгановы, и на кабале платеж их подписан: по сей кабале Григорей Никитников пять тысячь семьдесят рублев взял и с прежнею уплатою, а в росту что государь укажет, а истину платили мне Григорью по сей кабале Андрей да Петр Строгановы, а на кабале подписал Григорей Никитников своею рукою; а что с кабалы оставлен список в Ноугороцкой Четверти у дела, что у меня Ивана и у Григорья Никитникова был суд, что по той кабале, по государеву указу, платили денги дядья мои Ондрей да Петр в Посолском Приказе, и прямая кабала для того выдана дядьям моим Ондрею да Петру, а список с той кабалы оставлен у дела, и к тому списку дядя мой Петр Строганов руку приложил, что кабалу Григорьеву прямую взял он к себе держать, и потому та кабала в запись и введена сполна вся, что та кабала ныне по нашему договору идет ко мне Ивану и к сыну моему Данилу, чтобы та кабала впредь была ведома, что она ныне у меня Ивана и у сына моего Данила.

Да в прошлом во сто четыредесять шестом году, по государеву цареву и великого князя Михаила Федоровича всея Русии указу, маия в 30 день, платили за меня Ивана и сына моего Данила, по записи, дядьи мои Ондрей да Петр Строгановы же, в вотчине своей, на Орле в Новом Усолье, Григорья Никитникова людем Ондрюше Сычеву да Никитке Федотову с товарыщи, что я Иван Максимов сын Строганов с сыном своим с Данилом, во сто четыредесять пятом году ноября в восмый день, продал есми Московскому гостю Григорью Леонтьеву сыну Никитникову да сыну его Ондрею соли двенадцать тысячь сапец, в своей вотчине, в Новом Усолье ниже Великие Перми на Устье, своего варенья соли, добрые сухие и без всякие охулы без подмесу, в государев вес, а всякая сапца по шти пуд, продали мы тое соль всякую сапцу по две гривны, а денги мы взяли яз Иван Строганов с сыном своим с Данилом у Григорья Никитникова и у сына его Ондрея, за ту соль за всю за двенадцать тысячь сопец, наперед все сполна, по две гривны за всякую сапцу, а отдать мне Ивану Строганову с сыном своим с Данилом тое соль Григорью и сыну его Ондрею в своей вотчин, в Новом Усолье, на срок во сто четыредесять шестом году, с весны, как лед скроетца на Каме реке за первою крою; а будет у меня Ивана и у сына моего Данила, в Усолье, во сто четыредесять шестом году, соли в отдачю чего не достанет, Новаго Усолья варенья, и мне Ивану с своим сыном с Данилом додати в то число в двенадцать тысячь сопец Чюсовской или Яйвинской соли, на тот же срок, кой в сеи записи писан, а додаточная нам соль поставити в своих судах на усть Чюсовые, а Яйвинская соль отдать на усть Яйвы; а суды под ту соль его Григорьевы и сына его Андрея, а пошлины платить с тое соли с купли Григорью да сыну его Ондрею, а мне Ивану и сыну моему Данилу с тое соли платить своя пошлина с продажи; а не отдам я Иван с сыном своим с Данилом Григорью и сыну его Ондрею Никитниковым тое соли двунадцати тысячь сопец, в своей вотчине, в Новом Усолье, добрые сухие без подмесу, и без всякие хитрости, на тот срок, кой в сей записи писан, и на мне Иване Строганове и на сыне моем Даниле взяти ему Григорью и сыну его Ондрею Никитниковым, за ту соль, за всякую сапцу по четыре гривны денег, на тот же срок, кой в сей записи писан; да и судовой всякой подъем, и что учинитца ему Григорью и сыну его Ондрею в той соли убытка, в нашей Иванове и сына моего Данилове неросплате, и те убытки платить нам им въдвое; а подписали мы Строгановы Иван с сыном своим с Данилом, сверх заряду и в поруки место, в вере, вотчину свою, варнишные промыслы, Новое Усолье и от Новаго Усолья вниз по Каме реке по обе стороны, чем я Иван с своим сыном с Данилом владеем со крестьяны по розделным книгам, что я Иван владели с дядьями своими с Ондреем да с Петром Семеновичи, со крестьяны и с пожнями и со всякими угодьи и с сенными покосы и с деревнями, что за мною за Иваном написано по государевым грамотам и по розделным книгам, опричь Чюсовые; и будет яз Иван с сыном своим с Данилом тое соли Григорью Никитникову и сыну его Ондрею двунадцати тысечь сопец на тог срок не отдадим, за соль зарядных денег не заплатим, и на ту нашу вотчину, на Новое Усолье, на Камскую вотчину, чем я Иван с сыном своим с Данилом владею по Каме реке, ся запись купчая и отводная; а на то послухи: Алексей Кошелев, да Ондрей Суботин, да Потап Федоров, да Иван Софонов, а запись писал Маркелко Семенов сын Никитина, лета 7145 году; а позади записи пишет: к сеи записи Иван Строганов с своим сыном с Данилом соль продали и денги взяли все сполна и руку приложил, послух Алексейко руку приложил, послух Ондрюшка руку приложил, послух Потапко руку приложил, послух Ивашко руку приложил.

Позади же записи написано: 146 году, маия в 30 день, по сей записи гостя Григорья Леонтьева сына Никитникова прикащика Ондрюшка Сычев да Микитка Федотов с товарыщи взяли, в Новом Усолье Ондрея и Петра Семеновичей Строгановых в их вотчине, у приказных людей у Федора Михайлова да у Максима Никитина да у Савы Омельянова с товарищи, за Ивана Максимовича и за сына его Данила Ивановича Строгановых соли двенадцать тысячь сопец на терези, и всякая сопца по шти пуд, а на записи подписал хозяйской наемной дьячек Исачко Переславцов, а пошлинах платили по тои записи с продажи на Устье головам, что головы обложили ту соль в продажу, что Григорью шла за Иванов долг от Ондрея и от Петра семьдесятъ две тысячи пуд, а сопцами двенадцать тысячь сопец, по шти пуд сопца, по четыре гривны за сапцу, и того с той соли взяли пошлин сто девяносто два рубли, почему в том во 146 году соль на Устье Андрей же да Петр же продавали иным приезжим людем по четыре гривны сопцу, и того по сей запись станет солью и за соль денгами положити по продаже и по пошлинному платежу, по отписям голов Устьянских, денег, что плачено, и по Григорьеве Никитникова заставке против того году цены, по четыре гривны сопца, и того четыре тысячи деветьсот девяносто два рубли; а в нынешнем во 147 году, на весну, как лед скроетца, платить Ивану с сыном своим с Данилом, по записи, Григорью Никитникову и сыну его Ондрею, соли, сопцами, двенадцать же тысячь сапец, а всякая сопца по шти пуд, и того пудами станет семьдесят две тысячи ж пуд, а по описке Григорья Никитникова, за соль, за всякую сопцу, платить будет денгами, будет соли не будет на срок, по четыре гривны за сопцу, и того денгами станет четыре же тысячи восмьсот Рублев, да пошлин против прошлого же 146 году сто девяносто два рубли, а в подпись в тех денгах, в вере, подписали Иван Строганов с сыном своим с Данилом, сверх заряду, в поруки место, в вере, вотчину свою, варнишные промыслы, Новое Усолье и от Новаго Усолья вниз по Каме реке по обе стороны, чем я Иван с сыном своим с Данилом владели, со крестьяны, по розделным книгам, что яз Иван владели с дядьями своими с Ондреем да с Петром Семеновичи, со крестьяны и с пожнями и со всякими угодьи и с сенными покосы и с деревнями, что за мною за Иваном написано по государевым грамотам и по розделным книгам, опричь Чюсовые; и будет яз Иван с сыном своим с Данилом тое соли Григорью Никитникову и сыну его Ондрею двунадцати тысячь сопец на тот срок не отдадим, за соль зарядных денег ие заплатим, и на ту нашу вотчину на Новое Усолье на Камскую вотчину, чем яз Иван и с сыном своим с Данилом владею по Каме реке, ся запись купчая и отводная; и та запись за Ивановою рукою, а послухи потому не написаны, что запись у Григорья Никитникова не вынята, потому что соли Григорей Никитников до весны не емлет до сроку, и записи не выдает, как де соль возму, и я де тогда и запись выдам; и как соль мы Григорью Никитникову заплатим по записи, и та нам запись вынят у Григорья Никитникова, и отдать ее безденежно Ивану и сыну его Данилу; а как я Иван и с сыном своим с Данилом у дядей своих у Ондрея и у Петра запись соляную возму, и мне Ивану и сыну моему Данилу на сей уговорной записи подписати, что запись до нас до меня Ивана и сына моего Данила дошла.

Список с кабалы.

«Се яз Иван Максимович Строганов, да с своим сыном с Данилом Ивановичем Строгановым же, заняли есми на Москве у Василья Григорьева сына Шорина да у Якима Сергиева сына Патокина три тысячи триста двадцать рублев денег Московских ходячих, прямых, без приписи, нынешняго 145 году марта с двадцать пятаго числа, впредь на два года, до сроку 147 году марта по 25 день; а в тех денгах, в поруки место, яз Иван с своим сыном с Данилом заложили Василью и Якиму вотчину свою, по Чюсовой реке вверх Усолки, шесть варниц с цырены и с трубами росолными и с онбары, и с слободою и с деревнями, и в слободе и в деревнях со крестьяны с пахотными и не с пахотными, и с лесопорослою землею, и с речки и с озерки и с рыбными ловлями, и с сенными покосы, и со всякими угодьями, всю свою Чюсовскую вотчину, чем я Иван Строганов владел по писцовым книгам, до того сроку сто четыредесять седмаго году марта по двадцать пятое число; а кой нас заимщиков и с тою порукою вотчиною в лицах, на том срок и денги; а будет яз Иван с своим сыном с Данилом, и с порукою своею вотчиною, на тот срок сто четыредесять седмаго марта в двадцать пятый день, тех денег трех тысячь трехсот двадцати рублев Василью и Якиму не заплатим, и на мне Иване и на сыне моем Даниле, и на нашей поруке вотчине, Василью и Якиму взяти, за прострочку взяти сверх даных денег истинны трех тысячь трехъсот двадцати рублев пятьсот рублев денег; а на то послуси: Осип Леонтьев сын Ушатов, да Савин Петров, да Козма Миронов, да Ондрей Федоров сын Суботин; а кабалу писал Маркелко Семенов сын Никитина, лета 7000 сто четыредесять пятаго году.»

И та кабала за Ивановою рукою и послуховыми руками, а послухи потому не написаны, что та кабала у Василья Шорина да у Якима Патокина не вынята, потому что той кабале срок не дошел; и как той кабале срок дойдет, Благовещениев день пречистые Богородицы, нынешняго сто четыредесять седмаго году, и как мы Ондрей и Петр денги заплатим по кабале Василью Шорину да Якиму Патокину, и та нам кабала выняти у Василья Шорина да у Якима Патокина, и отдать ее безденежно Ивану и сыну его Данилу; а как я Иван и с сыном своим с Данилом у дядей своих у Ондрея и у Петра на ту Чюсовскую вотчину кабалу возму, и мне Ивану и сыну моему Данилу на сей уговорной записи подписать, что та кабала закладная до нас до меня Ивана и сына моего Данила на Чюсовьскую вотчину дошла. А которые записи закладные и кабалы выкупали дядья мои Андрей и Петр у Василья Шорина, и у Якима Патокина, и у гостя у Григорья Никитникова, и у сына его Ондрея, и те записи введены в сей в уговорной записи, потому что те записи и кабалы подлинные взяли мы Иван с сыном своим с Данилом, для того и списки в сей уговорной записи написаны; а буде понадобятца те подлинные записи дядьям моим Ондрею и Петру и детем их для какого дела, и мне Ивану и сыну моему Данилу те подлинные записи и закладные кабалы и уговорные записи, что преже сего межь нами были, к делу класти, и их не таити, и убытка в том дядье своей Андрею и Петру и детем их не учинити.

И ныне мы Ондрей и Петр, выкупя все вотчины отца его Иванова, Усолку, и Яйву, и Слудку, с варницы и с соляными трубами, и с деревнями и со крестьяны и со всякими землями и с сенными покосы, и се всякими угодьи, и Никитинские вотчины треть его Иванову, что досталось ему Ивану от нас от Ондрея и от Петра по розделным книгам за нашими руками, с соляными промыслы, Орлов городок, и Очер, и Новое Усолье, и с соляными промыслы с варницы и с цырены и с соляными трубами, и с деревнями и со крестьяны; и со всякими пахотными и лесопорослыми землями и с свиными покосы, и со всякими угодьи, а что на выкуп тех вотчин наших денег шло Андреевых и Петровых, по кабалам и по записям, гостю Григорью Никитникову, и сыну его Ондрею, и Василью Шорину, и Якиму Патокину: и тех денег нам и на те денги ростов Андрею и Петру на племяннике своем Иване и на сыне его Даниле не имать, и за Московские езды, и за житье Московское и за харчи и за убытки Московские, и что в судах в соляных болших и малых и в снастех и в ярыжных и водолейских и в кормщичьих учинилось по записям их и по кабалам, того не имати же на Иване и сыне его Даниле нам Ондрею и Петру, то мы все им оставили по родителству и по тому, что межь собою договор учинили в тех вотчинах, которыми владети кому вотчинами, тож по родителству по любове моей Иванове и сына моего Данила и нас Ондрея и Петра, и выкупя дали мне Ивану и сыну моему Данилу по родителству дядья мои Ондрей да Петр на любах, по моему слову и прошенью Иванову и сына моего Данила, что владети мне Ивану и сыну моему Данилу впроки вечно в род мой отца моего Максима Яковлевича вотчинами, Усолкою, и Яйвою, и Слудкою, всеми теми вотчинами, с варнишными и с соляными промыслы, с варницами и с трубами с росолными, и с деревнями и со крестьяны, с пашенными и не с пашенными землями, и с лесопорослыми землями и лесами, и с сенными покосы, и с рыбными и с звериными ловлями, и со всякими угодьи, со всем без вывода, по государевым жаловалным грамотам и по писцовым книгам, как преж сего отец мой Максим владел и яз Иван с сыном своим с Данилом и ныне владеем им.

А что у нас у Андрея, и у Петра, и у Ивана, у Соли Вычегодцкой на посаде Никитиньской Строганова промысел соляной, варницы, соляные трубы росолные, и в селех в Вондокурском и в Цареконстянтиновском и в деревнях, с сенными покосы и со всякими угодьи, его же Никитинских делено по третям, и в том межь нами роздельные книги написаны за нашими руками, моею Андреевою, и моею Петровою, и моею Ивановою, кому что досталось: и мне Ивану и сыну моему Данилу владети тою своею третью, соляным промыслом и трубами соляными и варницы, и в селех в Вондокурье и у Царя Константина и в деревнях с сеиными покосы и со всякими угодьи, по тем розделным книгам, коя треть мне с делу досталось; а нам Ондрею да Петру, и нашим детям Дмитрию и Федору, владети своими третми, соляным промыслом и трубами соляными и с варницы, и в селех в Вондокурье и у Царя Констянтина и в деревнях с сенными покосы и со всякими угодьи, которая кому треть с делу досталася по тем же розделным книгам, всякому из нас своею третью владеть, Устьянскою Никитинскою Орловскою вотчиною, моею третью, и соляными промыслы, с варницами и с трубами с росолными с новыми и старыми с Никитинскими и с моими Ивановыми, и с деревнями и со крестьяны, с пашенными и не с пашенными землями и с лесопорослыми, и сенными покосы, и с рыбными и звериными ловлями, и с лесами и со всякими угодьи. А владею я Иван и сын мой Данило, подоговору, после сроку, дядей своих Андрея и Петра тою третью Никитинскою вотчиною, с прошлого сто четыредесять шестаго году марта с двадцать пятаго числа, с Благовещениева дни святыя Богородицы, по нынешней год сто четыредесять седмаго году марта по первое число; а со сто четыредесять седмаго году марта с перваго числа, и впредь, владети мне Ивану и сыну моему Данилу тою третью Никитинскою вотчиною по сто четыредесять осмой год марта по двадцать пятое число, до Благовещениева ж див пречистые Богородицы, и того нашего владенья будет два года.

А со сто четыредесять осмаго году, с Благовещениева же дни пречистые Богородицы, в Никитинской вотчине, Орлов городок, и Очер, и Новое Усолье, мне Ивану и сыну моему Данилу отдать и отвести, владеть свою нам треть всю меж нами, по розделным книгам, почему мы тою вотчиною владели своею третью, дядье своей Ондрею да Петру и детем их Дмитрию и Федору, что мне Ивану с делу сталось в Никитинской вотчине треть Никитинской вотчины от дядей моих от Ондрея и от Петра по розделным книгам, что розделные книги за нашими руками, моею всею третью Ивановою и сына моего Данила, Устьем, Орловым городком, и Очером, и Новым Усольем, и в нем с промыслы с варнишными старыми и новыми, с варницы и с трубами с росольными с новыми и старыми с Никитинскими и с моими Ивановыми, в тех же межах, что ставлены трубы и варницы на Никитинской же земле в моей трет, и с деревнями и со крестьяны, с пашенными и не с пашенными землями и с лесопорослыми землями всякими, и с сенными покосы, и с речки и с озеры и с истоки, и с рыбными и с звериными ловлями, и с лесами, и со всякими угодьи, в тех межах в моей трети дяди Никитинской, чем я сам Иван и сын мой Данило владели по государевым жаловалным грамотам и по писцовым книгам и по розделным книгам, что межь нами с дядьями с Ондреем да с Петром розделные книги за нашими руками, тою всею третью Никитинскою вотчиною, со всем без вывода, за тот их вотчинной выкуп, владети дядьям моим Ондрею да Петру и детем их Дмитрию и Федору, в род их вечно, без выкупа. А буде мы Ондрей и Петр учнем вступатца в Усолошную, и в Слудку, и в Яйвиньскую вотчину, или в соляные промыслы и в трубы, или в какие земли, во всякие угодья в жилые и в пустые, у Ивана и у сына его Данила, и не дадим буде им теми вотчинами владети по государевым жаловальным грамотам и по сотным, по межам и по деловым: и мы в том во всем без суда виноваты, по сей уговорной записе.

А будет же я Иван и с сыном своим с Данилом, после сроку, кой в сей записи в уговорной писан, учнем вступатца в Никитинскую в Устьянскую вотчину, в свою треть, в Орлов городок, и в Очер, и в Новое Усолье, в варнишные в соляные промыслы и в трубы росолные в старые и в новые, или в какие земли в жилые или в пустые, или во крестьяня, или во всякия угодья, или будет не отведем на тот срок, кой в сей записи писан, дядьям своим Ондрею да Петру и их детем Дмитрию и Федору, или будет не дадим владеть тою всею вотчиною, своею третью, Никитинскою, по государевым жаловалным грамотам и по писцовым книгам и по сотным и по розделным книгам, по межам и по сей отдатошной договорной записи: и мы в том во всем без суда виноваты, по сей уговорной записи. А се у нас записи написаны межь собою у Ондрея да у Петра да у Ивана Строгановых, по благословению великого государя святейшаго Иоасафа патриарха Московского и всея Русии, что он государь пожаловал нас, благословил по нашему полюбовному уговору росписатися семи записьми по противням, слово в слово, прочно, в купчих место, чтобы те записи уговорные впредь меж нами были, Ондреем, и Петром, и Иваном, и детми нашими Андреевыми и Петровыми и Ивановыми, в род наш неподвижно вечно. — А у сих записей седели: Московской гость Богтеяр Богданов сын Булгаков, да гостиные сотни торговые люди, Руделф Меншово сын Булгаков, да Исак Федоров сын Ревякин.

А на то послуси: Ивановские площади подъячие, Иван Софонов, да Алексий Рогов, да Ермола Кирилов, да Иван Данилов, да Меркурей Ильин, да Сила Казаринов. А запись писал Ивановские же площади Подъячей Маркелко Семенов сын Никитина, лета 7000 сто четыредесять седмаго году, марта в первый день.

А у прямые записи позади пишет:
К сей договорной полюбовной записи Андрей Семенов сын Строганов руку приложил.
К сеи договорной полюбовной записе Петр Семенов сын Строганов руку приложил.
К сей договорной полюбовной записи Иван Максимов сын Строганов руку приложил.
У сей договорной полюбовной записи Бахтеяр Булгаков сидел и руку приложил.
У сей договорной полюбовной их записе Руделф Булгаков сидел и руку приложил.
У сей договорной полюбовной их записе Исак Ревякин сидел и руку приложил.
Послух Ивашко руку приложил.
Послух Алешка руку приложил.
Послух Ермолка руку приложил.
Послух Ивашко руку приложил.
Послух Меркушка руку приложил.
Послух Силка руку приложил.

А прямая уговорная писана на столбцах, а в ней пятнадцать столбцов с четью столбца; а на всяких склейках Андрей да Петр Семеновичи да Иван Максимовичь руки свои приложили, да и Московские гости и площадные Ивановские подъячие руки приложили.

Далее на трех страницах следующия рукоприкладства:

В сем списке, что списан с прямые с уговорные записи Ивана Максимовича, что выкупили Андрей да Петр Семеновичи Никитинские вотчины его треть, Орлов городок и Очерской острожек, писаных листов в сем списке сорок четыре листа, а тетрадей станет пять тетрадей четыре листа; а писан сесь список в четверть с прямой записи, а писмо сесь список Ондрея Семеновича да Дмитрея Андреевича крестьянина их Демки Мокеева; а справили сесь список, по повелению государей своих Ондрея Семеновича да Дмитрея Андреевича, люди их, Федко Пантелеев, да Петр Архипов, да крестьянин их Демка Мокеев. А се речи писал я Федко Пантелеев своею рукою, и справил, и руку приложил.

В сем списке, что списан с прямые с уговорные записи Ивана Максимовича, что выкупили Ондрей да Петр Семеновичи Никитинские вотчины его треть, Орлов городок и Очерской острожек, писаных листов в сем списку сорок четыре листа, а тетрадей станет пять тетрадей четыре листа; а писан сесь список в четверть с прямой записи, а писмо сесь список Ондрея Семеновича да Дмитрея Андреевича крестьянина их Демки Мокеева; а справили сесь список, по повелению государей своих Андрея Семеновича да Дмитрея Андреевича, люди их, Федор Пантелеев, да Петрушка Архипов, да крестьянин их Демка Мокеев. А се речи писал я Петрушка Архипов своею рукою, и справил, и руку приложил.

В сем списке, что писан с прямые с уговорные записи Ивана Максимовича, что выкупили Андрей да Петр Семеновичи Никитинские вотчины его треть, Орлов городок и Очерской острожек, писаных листов в сем списке сорок четыре листа, а тетрадей станет пять тетрадей четыре листа; а писан сесь список в четверть с прямой записи, а писмо сесь список Андрея Семеновича да Дмитрея Андреевича крестьянина их Демки Мокеева; а справили сесь список, по повелению государей своих Андрея Семеновича да Дмитрея Андреевича, люди их, Федор Пантелиев, да Петр Архипов, да крестьянин их Демка Мокеев; а се речи писал я Демка Мокеев своею рукою, и справил, и руку приложил.

В подлинной тетради отдаточная договорная запись (198 — 240 л.) скреплена по листам собственноручными подписями:

Лета 7151, декабря в 1 день, справил сесь список, что списан с прямые закладные записи с Орловские Ивана Строганова, что за руками Андрея да Петра Семеновичей да Ивана Максимовича Строгановых и за руками Московских гостей и площадных Ивановских подъячих, по повелению государей своих Андрея Семеновича да Дмитрея Андреевича Строгановых, Федко Пантелеев и руку приложил.

Лета 7151, декабря в 1 день, справил сесь список, что списан с прямые закладные записи с Орловские Ивана Строганова, что за руками Андрея да Петра Семеновичей да Ивана Максимовича Строгановых и за руками Московских гостей и площадных Ивановских подъячих, по повелению государей своих Андрея Семеновича да Дмитрея Андреевича Строгановых, Петрушка Архипов и руку приложил.

Лета 7151, декабря в 1 день, справил сесь список, что списан с прямые закладные записи с Орловские Ивана Строганова, что за руками Андрея да Петра Семеновичей да Ивана Максимовича Строгановых и за руками Московских гостей и площадных Ивановских подъячих, по повелению государей своих Андрея Семеновича да Дмитрея Андреевича Строгановых, крестьянин их Демка Мокеев и руку приложил.

Подлинная тетрадь, в кожаном переплете с завязкою, в малую осмушку, на 240 л., писана современным почерком, с своеручными рукоприкладствами при каждом акте. — Принадлежит фамильному архиву графини С. В. Строгановой.


 источник: "Дополнения к актам историческим", т. II

Поделиться: