О погребении умирающих Черемис и о других их обрядах

Погребение умершему Черемису бывает таким образом. Прежде всего обмывают умершаго водою по обычаю других народов; по том надевают на него чистую рубашку, онучи и лапти, что все должно быть сделано из новаго полотна и в самый день смерти его.

Могилу выкапывают в общих их кладбищах, и вырыв яму ставят в нее три доски, между которых кладут мертвое тело и с ним вместе ножик, кочетык, (дабы пришед на тот свет мог плести себе лапти) деревянную палочку[1] и пук прутьев из шиповаго дерева; а сие для того, чтобы нечистый дух не прикасался к телу мертваго: ибо, по мнению их, демон опасается сих прутьев. Между тем, когда произходят сии странные обряды, подходят родственники к мертвому телу и непрестанно говорят:

Ит лют пестюнза хаин маныш, то есть, ничего не бойся мертвый.

Не понимая, и не могши от них узнать, к чему такия уверения безчувственному телу, вопрошал их об оном. Ответствовали они мне: что мы возрасли при сих обрядах без всякаго разумения, а только следуя примеру отцов наших храним, ни мало их не нарушая. Совершив сии обряды покрывают мертваго кафтаном и тотчас засыпают его землею. Поверьх засыпанной могилы кладут часть изпеченаго хлеба[2] и во круг его наставливают столь много зажженных свечь, сколь велико число из дому умершаго прежде померло. Сими свещами на тот час изображают они подобие умерших предков, а по тому и говорят следующия слова: Живите на том свете согласно и не бранитесь между собою. Сколь странны их различныя дурачества во всех их обрядах, то смешнее еще сие, что они зарывши в землю мертвое тело, огораживают могилу на подобие околицы; а сие для того, чтоб мертвый не выходил из сея ограды и не топтал бы на их полях растущаго хлеба.

Женщины, как я уже упомянул, при всенародных празднествах не бывают, но во время похорон допускаются жены и мать умершаго, кои плачучи над могилою оделяют деньгами бедных людей.

Черемисы думают, что души умерших преселяются в другой свет[3], о коем они инаго понятия не имеют, как только затверженое имя его. Злые и нечтущие богов в жизни своей будут посажены в некую черную землю, где будут чувствовать непрестанной хлад и тоску: напротив того люди праведные я добродетельные будут обитати в светлом месте. Все их удовольствие должно состоять в том, что они будут безсмертны и без болезней, и что они будут неразлучно с тем семейством, которое ими было любимо на земли. Они будут иметь множество скота и пчел; но при всем том должны они пахать пашню и исправлять другия крестьянския работы.

В четверток на последней неделе великаго поста бывают у них всеобщия поминки, и обряды при сем употребляемые как у Черемис, так и у Чуваш между собою во всем сходны. Они избрав какую ни будь пустую храмину, а иногда и жилую избу, становят при дверях ея две деревянныя чаши: в одну кладут изпеченые блины, а другую наполняюсь нарочно свареным пивом. Пред ними кладут березовое полено, которое обставляют множествам восковых свечь: ибо каждый Черемисянин должен поставить столько свечь, сколь велико число умерших из роду его; а сие для того, чтобы сей зажженный свет освещал их в том мрачном обиталище, где они, по мнению их, на том свете обитают. Чаша стоящая с блинами и с пивом наполняется еще малыми кусками и каплями, которыя бросают и льют поминающие своих родителей, и при том говорят: Умершие! имейте пищу и питие. По окончании сих странных обрядов выносят они обе чаши на двор и выбрасывают на чистое место, где тотчас съедают оное собаки.

Брачное сочетание между Черемисами не имеет ничего примечания достойнаго. Как скоро оба совокупляющиеся друг другу правны и любезны, и естьли на то склонны родители их, то уже и венчают их при одном только устроенном пиру. После обыкновенных брачных обрядов, собравшиеся гости пьют и веселятся при игрании музыки, которая состоит из надутых пузырей, волынок и гудков. Пляшущия женщины бьют непрестанно в ладоши в знак радости сочетавшихся.

При рождении младенцов так же не имеют они почти никаковых отменных обрядов. Имена младенцам дают их родители таким образом. Естьли родится женскаго полу, то мать роженицы должна дать такое название, которое ей угодно. Когдаж родившийся младенец будет мужескаго полу, то право названия оставляется на волю отца сей роженицы. Имена, даваемыя их младенцам, между ими уже обыкновенныя, и произходят из самой глубокой древности а по тому знаменования их никому из их не известны.

Источник: Журнал, или Дневные записки путешествия капитана Рычкова по разным провинциям Российского государства 1769 и 1770 году


[1] ↑ Палочку с умершим кладут с таким намерением, чтоб он мог оборониться от лютости псов, которые находятся в том свете, где он по смерти обитати должен.
[2] ↑ Изпеченой хлеб кладут для того, дабы умерший пришед на место, которое для него назначено богами, имел бы на первой случай пищу.
[3] ↑ Ни что так не сходно с обычаями древних Скифов, как размышления Черемис о смерти ибо как те, так и другие считают, что смерть есть ни что иное, как случай ведущий к другой жизни, и что они оставя сей свет вступят в пределы мира, устроеннаго на небесах; где приняв новое бытие будут жить в тех же сластолюбиях и заботах, которым подвержены были на земли.

Поделиться: