Великопермские вотчины Строгановых во второй половине ХѴІІ века

Великопермские вотчины Строгановых во второй половине ХѴІІ века

Мы оставили «именитых людей» Перми Великой на переписи воеводы Елизарова 1647 года. Современные ему четыре владетеля громадных вотчин после переписи жили: Андрей Семенович до 1649 г. (скончался в Соль-Вычегодске схимником Авраамием в глубокой старости), сын его Дмитрий Андреевич — до 1673 года, брат последняго Федор Петрович — до 1671, и наконец Даниил Иванович — до 1668 года.

Так как мужское потомство осталось только у Дмитрия Строганова, то части Федора и Даниила, по смерти их, переходят к их женам, чего дотоле ни разу не случалось в роде Строгановых. С 1668 года во владение частью Даниила Ивановича вступает его жена Агафья Тимофеевна (урожденная Елизарова) совместно с незамужней еще дочерью своей Анною Даниловной. Точно также с 1671 г. частью Федора Петровича стала владеть единолично (так как обе дочери были уже замужем) его жена Анна Никитишна. Только часть Дмитрия Андреевича перешла по прямой линии к его сыну Григорию Дмитриевичу, впоследствии соединившему в своих руках и все прочия имения Строгановых и сделавшемуся владетелем целой половины Перми Великой. Каждый переход земель в новыя руки закреплялся, по тогдашнему обычаю или закону, особою царскою грамотою, из которых не все впрочем дошли до нашего времени. Припомним каждую часть владений Строгановых в отдельности.

  1. Григорий Дмитриевич наследовал от отца в 1673 году: по половине Нижняго Чусовского городка, Сылвенского и Очерского острожков и Орла-городка с их округами, половину же слободы Новаго Усолья и села Верх- Муллинского и его вотчины.
  2. Анна Никитишна, по смерти мужа, получила в 1671 г. по другой половине в тех же самых селениях и округах.
  3. Агафья Тимофеевна с дочерью Анною Даниловною в 1668 г. получили во владение: весь Верхнечусовской городок и его округ, Успенский монастырь на Чусовой, Яйвенскую слободку с ея округом, село и вотчину Слутскую и отписные Обвенския деревни.

Подтвердительные грамоты на владение землями и людьми, как я сказал, сохранились не все. От Агафьи Тимофеевны Строгановой дошла только царская грамота от 31 декабря 1674 года Соликамскому воеводе Головкину о разводе земель и сенных покосов Агафьи Строгановой с Косьвенскими казенными крестьянами[1]. От Григорья же Дмитриевича дошло две подтвердительные грамоты — одна на земли и другая — на исключительные права; обе дарованы царем Алексеем Михайловичем в один день — 1 июня 1673 г.[2]. Поземельная подтвердительная грамота, написанная по обычной форме, не представляет для нас чего-либо интересного после всего того, что уже сказано нами раньше о Строгановых; но другая грамота заключает в себе любопытный перечень привиллегий, данных Строгановым за многия заслуги, которые и перечисляются в начале той же грамоты. Любопытно то, что как заслуги, так и привиллегии Строгановых предварительно перечислив в челобитной сам же Григорий, а царь только повторил их в своей грамоте из слова в слово. Во всем роде Строгановых никто не умел так ловко «искать» и искомое «обретать», как Григорий Дмитриевич.

Он указал царю в челобитной на следующие заслуги его предков:

1)

«Прадед его, Григорьев, служа и радея великим государем, призывал с Волги атаманов и казанов Ермака с товарищи, ратных многих людей наймовал и всему войску помощь чинил — деньги и платье и боевое ружье, порох, свинец и всякой запас к воинскому делу давал из своих пожитков, и вожей с ними под Сибирские городы посылал и своих дворовых людей;.... и те ратные люди Осу и Сарапул выручили, и Татар многих побили, и Остяков и Вогуличь и Татар под высокую руку великих государей привели».

2) В смутное время дед его Андрей Семенович, будучи у Соли Вычегодской,

«великому государю служил и прямил во всем, от Московского государства не отступал, к польским и к литовским людям и к русским ворам не приставал, и за христианск. православ. веру стоял крепко безо всякого позыбания, и ратных многих людей против воров посылал, и Пермские (Поморские) и Казанские городы от шатости укреплял»,

при чем у него «иманы были в ссуду многия деньги».

3) До вступления на престол царя Михаила Строгановы ссудили на нужды Русского государства 423706 руб., да с того времени до 1673 года — еще 417056 руб. 9 алтын, при чем не вся ссуда была взята Строгановыми обратно, тогда как «Нижегородцы посадские люди свои деньги (ссуду) из таможенных из кабацких доходов взяли назад».

4) Наконец «в Смоленскую службу» у отца его, и дяди, и брата с Пермских вотчин Строгановых взяты были «многие даточные люди», а во время Башкирского бунта на Кунгуре долго стояли воинские люди Строгановых на их проторях.

Таковы были заслуги Строгановых, указанные самим же Григорием Строгановым и признанные царем Алексеем Михайловичем. А вот и награда «именитым людям» за их заслуги, испрошенная тем же «хитроумным» Григорием в прибавку ко всем прежним.

К прежним привиллегиям:

а) писаться с вичем ради особенной чести (Григорий Дмитриевич),

б) не подлежать суду Великопермских воевод,

в) кроме уголовных дел судить своих людей самим во всем,

г) самим господам подлежать судом и всякими платежами исключительно на Москве, в приказах,

— в 1673 году Григорий выговорил у царя Алексея:

д) право ставить у «веры», т. е. у присяги, вместо себя людей своих,

е) за безчестие Строганова взыскивать с виновного по 100 рублей штрафа,

ж) всякое питье держать у себя безъявочно,

з) постоя к Строгановым не ставить,

и) «летом во дворех избы топити вольно и печатати не велели»,

к) избавить всяких дорожных податей, подвод и задержки, воспретить брать лишния пошлины с их товаров,

л) не брать с них ни мостовых, ни перевозных денег,

м) самим Строгановым и их людям на пути везде ставиться дозволить безъявочно.

В заключение царь Алексей Михайлович счел нужным оградить Строгановых от нарушения этой безпримерной грамоты, следующими внушительными словами:

«А кто сей нашей, велик, государя, жалованной грамоты не послушает — и тем от нас, вел. Государя, …. быти в великой опале безо всякие пощады».

Преемник Алексея, царь Феодор, 21 марта 1677 года подтвердил эту грамоту во всей силе[3]. Но и эта грамота — только начало тех щедрых милостей, коими при Петре Великом буквально осыпан был ловкий и хитрый Григорий Дмитр. Строганов.

***

Таково было внешнее и внутреннее состояние Строгановских вотчин, когда во всей Перми Великой последовала четвертая общая перепись князя Федора Федоровича Бельского. Это было в 1678 г., следовательно чрез 31 год после переписи Прокопия Елизарова. Мне посчастливилось найти в рукописи и эти книги по вотчинам Строгановых, доселе также не бывшия в печати. В руках Ф. А. Волегова оне в свое время были, и он сделал из них, и как из всех прочих писцовых и переписных книг, существенное статистическое извлечение для своих «Таблиц»[4]. Я нашел книги Бельского в самой Перми, в частных руках, в отличной копии 1738 года, когда-то (оставлявшей собственность Соликамской Провинциальной Канцелярии, а затем из нея, неизвестно когда и кем, похищенной. Долго, вероятно, эта копия странствовала по разным рукам, пока в 1885 году не попала в мои руки, как нельзя более кстати. Книги отлично уцелели, благодаря необыкновенно прочному деревянному переплету, обитому толстой кожей. Перепись занимает два тома большего формата и писана на гербовой бумаге с надлежащими скрепами. Вообще лучшего экземпляра книг князя Бельского нам нечего желать. Первый том заключает в себе перепись Строгановских вотчин (232 листа), второй — перепись Обвенских, Иньвенских и Косвенских погостов Усольского уезда (247 листов). Я желал бы издать в печати и эти книги, но лично для меня издание столь обширных книг в полном виде совершенно не посильно. Не может-ли в этом случае сделать что-либо местная архивная Коммиссия? Все подлинные книги кн. Бельского вместе с книгами Елизарова хранятся в Московском Архиве Министерства Юстиции. (См. его «Описание документов и бумаг», кн. 1-я стр. 258, № 2534).

Так как состояние Строгановских вотчин мы проследили уже во всей подробности по переписным книгам Елизарова 1647 года, то здесь нам нет нужды снова пускаться в те же подробности, а достаточно обратить главное внимание на сравнительное значение новых данных, собранных чрез 31 год князем Федором Бельским. С такою именно целью приступаю к разсмотрению переписных книг князя Бельского 1678 года.

источник: Пермская старина. Вып. 2, стр. 154-158


Примечания автора:

[1] ↑ Эта грамота есть в Ильинском архиве Строгановых; в печати не была.
[2] ↑ В печати обе не были, но я имею их в рукописных копиях. В «Пермской Летописи» Шишонко приведен только пересказ содержания из «Истории Строгановых» Икосова (см. т. III, стр. 950 — 952). Оригиналы грамот хранятся в фамильном архиве Строгановых в Петербурге.
[3] ↑ Ф. А. Волегова: «Историческия сведения о г.г. Строгановых» (рукопись).
[4] ↑ Данные книг князя Бельского у него помещены в таблице под № 6. Затем это извлечение перепечатал Шишонко в III томе «Пермской Летописи».

Поделиться: