Пермский, он же Чердынский, уезд Перми Великой в XVI и начале XVII века

Чердынь

Средоточием управления и местом жительства государевых наместников и воевод служил город Чердынь, часто именовавшийся, в силу такого значения во всем Великопермском крае, Пермью Великой Чердынью.

Отсюда понятно и двоякое наименование одного и того же уезда. В 1579 г. на посаде города Чердыни было: дворов тяглых пашенных крестьян 52, беспашенных 238, тех и других 290; в них 326 человек; пустых дворов 12, лавок лучших людей 21, молодших людей — 46, тех и других 67 лавок. Никаких укреплений в самой Чердыни, существовавших там однако с 1535 года, равно как около города и посада никакого «острога» Яхонтов не показывает [1]. Впрочем, он умалчивает и о церквах, а также о Богословском монастыре, хотя последний был основан еще в 1462 или 1463 году. По вотчинам монастырским были составлены Яхонтовым особые писцовые книги, к сожалению, теперь уже утраченные.

В 162¾ г. г. Кайсаров показывает в Чердыни кремль, а вокруг города и посада «острог стоячий» деревянный. Кроме Иоанно-Богословского мужского монастыря и Успенского девичьего, десяти церквей с разными пределами и нескольких общественных зданий, каковы: изба съезжая-судная, изба таможенная, государев кабак, тюрьма, двор воеводы, дьяка, подьячего, и других, Кайсаров показывает на посад Чердыни 5 дворов посадских лучших людей, 30 — средних; людей в первых 9, во вторых 46 челов. ; младших пашенных людей 74 двора — всего пашенных людей 109 дворов; дворов беспашенных средних людей 20, беспашенных младших — 146, не считая дворов «отхожих» людей [2]. Лавок при Кайсарове было: первой статьи 3, второй — 5 лавок, 4 амбара и у них 9 выходов, третьей — 2 лавки, 3 амбара, у них 14 выходов, четвертой статьи 15 лавок, 3 амбара, у них 4 выхода, да полок мясных и хлебных 7, амбаров соляных и хлебных 3, кузниц 5[3]. Таков был во времена Яхонтова и Кайсарова главный город всей Перми Великой.

Затем весь уезд его «Пермско-Чердынский», отчасти согласно с показанием Никоновской летописи, Яхонтов делит на 4 «стана»: 1) Окологородный, 2) Верхний, 3) Нижний и 4) Отхожий (округ). Основанием названий «Верхний» и «Нижний» стан у него действительно служит река Колва, как видно это и из Никоновской летописи, упоминающей верхнюю и нижнюю землю. Таким образом топографические данные от XV и XVI в. в. между собою согласуются, что нужно сказать и о географической номенклатуре даже на пространстве XIV-XVI веков, начиная с Епифаниевой Перми Великой Чусовой. В писцовой же книге Кайсарова, при больших подробностях, не видно однако этого разделения территории Чердынского уезда на 4 стана. Впрочем, мы имеем в руках слишком неудовлетворительное издание этой писцовой книги и потому не можем сказать наверное, существовало ли это деление при Кайсарове.

Не перечисляя подробно всех населенных мест в каждом стане, что увлекло бы нас слишком далеко, мы обратим преимущественное внимание на самые значительные из них и пограничные селения, реки, озера и другие пункты, особенно важные для определения границ.

I.

В Окологородном стане, прилегавшем к главному административному центру края Перми Великой Чердыни и, следовательно, по положению своему внутреннем стане, более значительными поселениями при Яхонтове были: погост (ныне село) Анисимов и особенно погост Покча (теперь тоже село), в первое время после покорения Великой Перми служивший местопребыванием государева наместника. Он упоминается вместе с Чердынью в Никоновской летописи под извращенным наименованием «Почки». Всего в Окологородном стану было: 2 погоста, 23 деревни, 10 починков, 230 дворов пашенных крестьян и 40 дворов беспашенных; людей 287 человек. Границами этого стана служили: северною с Верхним станом речки Лызовка и Мубыль — первая правый, а вторая левый приток Колвы; а южною границей с Нижним станом — река Вишера до деревни Морчан, ниже Говорливого камня.

II.

В Верхнем было 4 погоста: Вильгорт на р. Колве, Искор, упоминаемый при завоевании Перми в 1472 году, Янидор и Кольчуг. Севернее Искора упомянута

Остяки
Остяки

Яхонтовым историческая деревня (ныне село) Ныроб, место заточения боярина Михаила Никитича Романова, дяди царя Михаила. Деревень в этом стану было 19, починков 6, дворов пашенных крестьян 357, беспашен. 43, тех и других 400, людей в них 435 человек. Пограничными линиями и пунктами для Верхнего стана, по книге Яхонтова, служила: с юга и юго-запада река Лызовка, текущая справа в Колву, сперва с Ю. на С., далее — на В. и отделяющая Окологородный стан от Верхнего почти под прямым углом; затем озеро и деревня Долды около правого берега Камы, далее — правый приток Камы речка Сумыч и на ней деревня того же имени, речка Вильва, левый приток Камы, впадающий в нее пониже села Бондюга, и на Вильве деревня Ужгинская, отсюда далее к северо-западу слобода Кишконогова, погост Янидор, еще далее на запад левый приток Камы река Южная Кельтма и правый приток последней р. Тимшер. С Ю. Кельтмы граница поворачивала на севео-восток, переходила реку Пильву, левый приток Камы, и приближалась к озеру Чусовскому, которое все входило в область Перми Великой. Но тут был, судя по книге Яхонтова, северный ее предел. От Чусовского озера граница Верхнего стана спускалась на юг по р. Вишерке, потом по Колве до ее левого притока Ухтыма, шла вверх по Ухтыму и с него прямой линией на речку Мубыль. Отсюда шла восточная граница Окологородного стана на реку Вишеру до деревни Морчан. Текущая параллельно Вишере речка Мубыль, левый приток Колвы, отделяла Верхний стан от Окологородного. К востоку и северу от означенных пунктов и линий (от озера Чусовского до деревни Морчан на Вишере) начинались уже Вогульские и Остяцкие поселения, область древней Югры.

Из указанных границ по отношению к Великой Перми, как к осбой стране, внешними и потому особенно важными были следующие: Южная Кельтма и ее приток Тимшер, линия на северо-восток через р. Пильву до северного конца Чусовского озера, восточный берег этого озера длиной 10 верст, река Вишерка, р. Колва, приток ее Ухтым, прямая линия от его верхов на юг до деревни Морчан на Вишере. Верховья Вишеры и Колвы были заселены Вогулами и Остяками, там начиналась Югра.

III.

Нижний стан лежал к югу от Окологородного, отделяясь от него рекой Вишерой на пространстве от деревни Морчан до устья реки Колвы. От устья Колвы граница Нижнего стана, отклоняясь от Вишеры, шла прямо на запад, мимо «окологородной» деревни Кушпелевой и верховьев упомянутой выше речки Лызовки, переходила реку Каму у деревни и озера Долды и приближалась к правому притоку Камы, упомянутому уже Сумычу. На этом протяжении к западу от Лызовки начиналась граница Верхнего стана, а за рч. Сумычем — Отхожего округа. Далее граница Отхожего района и Нижнего стана с верховьев Сумыча шла на юг почти прямой линией на верховья реки Уролки, правого притока Камы. На этой реке стоит селение Урол, принимаемый Берхом за древний город Урос, взятый воеводою Нелидовым в 1472 году. Выше нынешнего села Уролки начиналась уже северная граница Усольского или Соликамского уезда с Нижним станом Пермско-Чердынского: от верховьев Уролки на восток по правому притоку Камы речке Вильве[4], через деревню того же имени, переходила далее саму Каму, ее приток (левый) речку Талицу, деревню (ныне село) Нижнее Мошево, далее направляясь по левому притоку Камы, речке Верхне-Боровой, через деревню того же имени. У верховьев речки Боровой кончалась южная граница Нижнего стана и начиналась восточная. Она шла, неизвестно от какого именно пункта, на северо-западе рекой Язьвою, впадающей слева в Вишеру ниже Морчана. Здесь находилась деревня Язьва — восточный предел Нижнего стана.

Часть указанной границы от д. Морчан по Вишере до устья Язьвы, далее этой рекой и волоком до рч. Верх-Боровой служила продолжением указанной выше внешней границы Перми Великой, восточнее которой была уже область поселений Вогулов и Остяков. В более отдаленой древности вогульско — остяцкие поселения продолжались гораздо далее на запад, судя по тому, что на правом берегу Вишеры, пониже устья Колвы, и доселе существует деревня Остяцкова, отнесенная Яхонтовым к Нижнему стану. Или это была случайная колония Остяков в области Перми?

Кроме упомянутых выше деревень и в их числе Урола, принимаемого за древний город Урос, в Нижнем стане в 1579 г. было три погоста: Губдор, Пентег и Редикор (ныне села), а всего в этом стану было: 3 погоста, 27 деревень, 16 починков, 331 двор пашенных крестьян, 39 дворов беспаш. крест. - всего 370 дворов; людей в них 420 человек.

IV.

Южнее и западнее Нижнего лежал обширный, но пустынный Отхожий округ или район, нигде не называемый у Яхонтова «станом», с коренным пермяцким населением, среди которого в XVI в. лишь кое-где разбросаны были, как острова в море, русские деревни и починки. Видимо, русская колонизация здесь только еще начиналась. Поэтому, может быть, писец Яхонтов все это пространство даже не называет «станом», а просто перечисляет «отхожие деревни». Северо-восточную границу этого района мы уже знаем: правый приток Камы р. Уролка, волок, р. Сумыч и Кама до устья Южной Кельтмы. Далее северная граница шла Камой, захватывая бассейны ее левых притоков — рек Лимана и Лупьи и весь довольно обширный бассейн правого притока Камы, реки Косы. Вверх по Каме граница Перми Великой шла, по словам Яхонтова, «до верхне-камской межи до речки Порыща», впадающего в Каму слева, уже в пределах нынешнего Слободского или, по-тогдашнему, Кайгородского уезда; а затем граница шла на юг, все вверх по Каме до ее истока, захватывая, как можно судить по описи Строгановских вотчин Кайсарова, и верхний левый приток ее, речку Волосницу.

Итак, северо-западная внешняя граница Перми Великой шла от истоков Камы по ее громадной северной излучине или дуге, захватывая бассейны ее левых притоков Волосницы, Лупьи, Лимана и Южной Кельтмы. Следовательно, граница эта была естественная, созданная гидрографическими условиями местности. Отсюда становиться понятным, почему в 1579 году и, конечно, задолго до того Отхожий округ Чердынского уезда распространялся далеко на юг, на бассейны притоков Камы: с правой стороны рек Косы, Иньвы и Обвы, а слевой — Усолки, Яйвы и Косьвы- со впадающими в них реками и речками. Из писцовой книги Яхонтова видно, что Усольский (иначе Соликамский) уезд и некоторые вотчины Строгановских и монастыря Пыскорского кругом обхвачены отхожими деревнями Пермского-Чердынского уезда, и лишь на востоке Усольский уезд непосредственно соприкасался с областью вогульско- остятских поселений.

Следовательно, северная излучина реки Камы с бассейнами Волосницы, Лупьи, Лимана и Ю. Кельтмы составляла северо-западную границу Отхожего круга, а реки Обва и Косьва — южную его границу. При этом берег Камы от ее истока до р. Обвы не весь входил в состав Отхожего района, так как самое побережье Камы было в руках Строгановых и Пыскорского монастыря; равным образом левый берег Камы от указанной выше южной границы Нижнего стана до реки Косьвы — только частью составлял Отхожий район, так как заключал внутри себя особый Усольский уезд и часть Строгановских вотчин и Пыскарского монастыря. Иначе сказать, Отхожий район Пермского-Чердынского уезда в XVI веке занимал части территорий теперешних уездов Глазовского, Слободского, Чердынского, Соликамского, Пермского и Оханского.

В указанных границах обширного Отхожего района Чердынского уезда в 1579 году было однако же слишком мало поселений, а именно два погоста: Гайна на р. Каме и Обва на реке того же имени, называющейся у Кайсарова уже Ильинским погостом на Обве (ныне известное село в Пермском уезде); затем 22 деревни и 3 починка. Всех дворов в Отхожем районе было 178, людей в них 232 человека. Таким образом погосты стояли только на двух противоположных концах Отхожего района, а деревни были как бы оазисами в пустыне. Не даром в жалованной грамоте Иоанна Грозного Григорию Аникиевичу Строганову то 2 января 1564 года говориться: «В нашей отчине ниже Великие Перми (города) за восемьдесят за восемь верст, по Каме реке, по правую сторону Камы реки с усть Лысьвы речки (близь Пыскорского монастыря), а по левую сторону реки Камы против Пызноские курьи, по обе стороны по Каме до Чусовой речки, места пустые, леса черные, речки и озера дикие, острова и наволоки пустые, а всего того пустого места сто сорок шесть верст; и прежде деи сего, на том месте, пашни не пахиваны и дворы деи не стаивали, и в мою цареву и великого князя казну с того места пошлина никакая не бывала, и ныне не отданы ни кому, и в писцовых книгах, и в купчих, и в правежных то место не писано не у кого» [5].

Упомянем главные населенные пункты в Отхожем округе по речным бассейнам. По р. Каме погост Гайна; по р. Косе деревня Ныров; по Иньве- д. Купрос, д. Кудымкор и д. Туманская на городище, имненуемая у Кайсарова уже «Майкор»; по притоку Иньвы р. Куве дер. Кува, по правому притоку Иньвы речке Юсьве дер. Юсьва; по Обве погост Обва (у Кайсарова «Ильинский»), дер. Кривая Наволока (ныне село Кривецкое) и дер. Федорово; по речке Усолке, левому притоку Камы, д. Верх-Усолка; по р. Яйве д. Романово, по другой Усолке, притоку Яйвы, д. Булатово; по р. Косьве — д. Вильгорт, впоследствии погост Никольский. Позднее все эти деревни известны уже под именем погостов, а в наше время считаются селами. [6]

V.

В 1580 году находившийся в Чердыни Иоанно-Богословский монастырь со своими вотчинами обособился по управлению в самостоятельную административную единицу Пермского-Чердынского уезда. По государевой грамоте от 10 августа 1580 г. [7] Чердынским старостам и целовальникам и всем лучшим, средним и молодшим людям, согласно челобитной игумена Варлаама, за монастырем утверждались навсегда земли, леса и угодья, написанные в предыдущем году в писцовой книге Ивана Яхонтова, и сверх того даровались монастырю новые важные права. Так как в общей писцовой книге его по Пермскому-Чердынскому уезду о монастыре ничего не говорится, то отсюда ясно, что по всем монастырским имениям Яхонтов составил особую писцовую книгу, упоминаемую в грамоте 1580 года и теперь, к сожалению, утраченною. Содержание ее лишь вкратце повторяется в грамоте от 10 августа 1580 года о неприкосновенности владений Чердынского монастыря, при чем границы монастырских вотчин тут не приводятся. «И всего за Богословским монастырем, по писцовым книгам, пашни и перелогу 32 четверти, да лесу пашенного 37 десятин, да сена 500 копен». Игумен и старцы монастыря в своей челобитной жаловались царю на разные притеснения от пермских наместников и их тиунов и доводчиков, причинявших им, старцам, и их крестьянам «продажи и убытки великие».

«И мы Богословского монастыря строителя Варлаама с братею пожаловали, -говориться в заключении грамоты:- Перьмским наместником и их тиуном судить их не велели и довотчиком праветчиком у них кормов и подвод не имати и не выезжати к ним не по что, опричь душегубства и татьбы с поличным. . . . . И вы б Богословского монастыря строителя Варлаама с братею и их крестьян от Пермьских наместников и их тиунов и доводчиков берегли во всем, что б им и их крестьянам обид и насильств не чинили и не судили б их ни в чем. . . да сами б есте им обид и насильств никаких не чинили и в монастырские земли и в угодья не вступали, чтоб Богословский монастырь не запустел и наше богомолье не оскудело».

Вот каковы были в те времена Пермские наместники, что подчиненным их людям поручался контроль над их действиями! Впоследствии, при настоятеле Герасиме, после 1630 года, Богословский монастырь поступил в ведение Троице-Сергеевой обители (лавры), и тогда его обособленность была окончательно упрочнена. Подобными правами к Перми Великой в XVI столетии обладал еще знаменитый Преображенский монастырь на Пыскоре, о коем речь будет ниже.

***

Таково было административное разделение Пермского-Чердынского уезда в XVI столетии, именно в 1579-80 г. г. Чрез 44 года после того этот уезд снова был подробно описан Кайсаровым (в 162¾ г.). Сравнивая две описи, мы видим большие успехи русской колонизации в крае. В тех же границах число деревень и починков значительно увеличилось, многие из бывших деревень именуются уже погостами, а из бывших починков- деревнями. Но у Кайсарова не видно столь точного разделения Чердынского уезда на 4 стана, кое есть у Яхонтова. Впрочем внешние границы этого уезда оставались те же самые. В отношении к самому городу Чердыни разница в показаниях Яхонтова и Кайсарова нами переведена выше. В отношении к уезду мы не можем, к сожалению, указать для сравнения точные цифры селений, дворов и людей, так как имеем в руках плохое издание Чердынской писцовой книги Кайсарова[8]. Из него можно видеть только, что население уезда за 44 года очень увеличилось, так как книга Кайсарова упоминает много новых починков и многие прежние деревни именует погостами. Перечислим все погосты Пермского-Чердынского уезда по книге Кайсарова 1623-24 г. г., сравнительно с книгой Яхонтова 1579 года.

  • По р. Колве и ее притокам: Покча, Вильгорт, Анисимов, Цыдва, что была деревня, Искор и Ныроб, тоже бывшая деревня.
  • По Вишере с притоками: Редикор и Губдор.
  • По Каме и ее верхним притокам: погост, что была деревня Лимеж, погосты Пентег, Кольчуг, Енидор, Гайна: Вильва (Чердынская); погост Коса, Ныров тож, что была дер. Ныров.
  • По р. Иньве и притокам: погост Кудымкор, что была деревня.
  • По р. Обве: Ильинский, что был погост Обва, погост Верхний Рождественский.
  • По р. Косьве: погост Косьвенский.

Всего в пределах Пермского-Чердынского уезда в 162¾ г. г. Кайсаров насчитывает 20 погостов вместо 11, поименованных у Яхонтова. Кроме того Кайсаров упоминает вновь в Чердынском крае Успенский девичий монастырь в самой Чердыни и пустынь Живоначальныя Троицы выше погоста Гайн, на Каме, близ Кайгородского рубежа. Но внешние границы Пермского-Чердынского уезда у Кайсарова везде указываются те же самые, что и у Яхонтова. Повторим их для удобства обозрения во всей совокупности:

Река Кама от ее истока, включая бассейны Волосницы, Лупьи, Лимана и Южной Кельтмы с ее притоком Тимшер, далее линия на северо-востоке к северному концу озера Чусовского, восточный берег озера, река Вишерка, р. Колва до устья Ухтыма, линия с верховьев Ухтыма, чрез р. Низьву и верховья Мубыля и Чудовки, к реке Вишере до деревни Морчань, вниз по Вишере до устья р. Язьвы, река Язьва, волок, р. Верх-Боровая, продолжение бассейна Камы до впадения в неё справа р. Обвы, слева р. Косьвы, исключая отсюда с XV в. Усольский уезд, а со второй половины XVI — обширную площадь Строгановских вотчин и монастыря Пыскорского по самый Каме и небольшие вотчины Иоанно — Богословского монастыря в Пермском — Чердынском уезде. 

Соседняя область поселений Вогулов и Остяков

Вогуличи
Вогуличи

Восточнее указанной границы, следовательно, за Пермью Великой, как уже сказано, начиналась Угорская страна, поселения Вогулов и Остяков, «Югра» наших летописей, договорных Новгородских грамот и других древних источников. Таким образом, не правильно мнение некоторых ученых, будто вся Югра лежала за Уралом. Таковы Лерберг, Кастрен, и Клапрот, считающие областью древней Югры все Зауралье от северных поселений Самоедов до границ татарских владений. Как показывают многие современные географические названия в Пермской и Вологодских поселениях, вогульско-остятские поселения в древнейшие времена простирались на запад еще дальше указанных нами пределов. Поэтому нельзя не признать большей правдоподобности в ученых заключениях Георги, полагавшего древнюю Югру между Белым и Уралом, Шлецера, полагавшего ее на истоках Вычегды, Миллера и Фишера, принимавших бассейн верхней Печеры за область Югры. Все эти ученые в основание своих суждений о верхней Югре полагали исторические соображения, тогда как Кастрен, Клапрот и некоторые другие основывались на современном расселении Угорских народов. Костомаров, желая примирить эти ученые разноречия, замечает по поводу их: «Быть может, не всегда под именем Югры следует понимать этот отдаленный угол (Зауралье); при той неопределенности, какая господствовала в древности в географических понятиях, возможно, если бы под Югрою разумели и ближайшие земли»[9]. Обращаясь к местными историческим источникам, мы приходим к положительному убеждению, что область Угорских поселений начиналась по эту сторону Урала и граничила непосредственно с Пермью Великой, а равно и с Пермью Вычегодской на пространстве от верховий Чусовой до верховий Печеры включительно. Поэтому Ецифаний Премудрый и его компиляторы имели полное основание поместить в числе ближайших соседей Перми Вогуличей, а в числе более отдаленных народов окружных народов — Югру, т. е. зауральских одноплеменников их.

источник: Пермская старина. Вып.1., стр. 76-89


Примечания автора:

 [1] ↑ «Книги сошнаго письма Пермские-Чердынские» Ивана Яхонтова, оттиск из Пермск. Губерн. Ведом. 1878 г., стр. 2, 5-6.

[2] ↑ Шишонко: «Пермская летопись», II, 196-197. К сожалению, по небрежности издателя, здесь не показано (пропущено) число дворов «самых младших людей» на посаде Чердыни, а их-то и было больше всех других разрядов.

[3] ↑ «Пермская летопись» II, 201.

[4] ↑ Г. Шишонко в объяснениях к Чердынской писцовой книге Яхонтова смешивает эту Вильву с притоком Яйвы, что в Соликамском уезде, и вообще совершенно неправильно указывает границы всех станов в Чердынском и Соликамском уездах. Такие «объяснения» легко могут сделаться для многих источником грубых ошибок и заблуждений.

[5] ↑ « Дополнение к Актам Историческим», т. 1,СПБ. 1846 г., стр. 168.

[6] ↑ В издании книги Яхонтова г. Шишонко ошибочно напечатано: «погост Гайна на р. на Колве» (см. оттиск из Губерн. Ведом., стр. 35 ), неправильно также сказано: « д. Ныров на р. Колве», тогда как нужно было сказать: «п. Гайна на р. Каме, д. Ныров на реке Косе». . Это ясно из книги Кайсарова, где читаем: «погост Коса, Ныров тож, на реке Косе, что была д. Ныров». И в «Пермской Летописи» Шишонко тут тоже ошибся: погост Коса показан на Каме, где его никогда не бывало (т. II, 243). Г. Шишонко смешал Ныров с Ныробом Верхнего стана, Вильгорт на Кольве с Вильгортом на Косьве, реку Уролку с Усолкой и самую Усолку Камскую с Усолкой Яйвенской. См. оттиск из Губерн. Ведомств. 1878 года, срт. 34, 35, 38 ,40 и примечания к книге Яхонтова 201, 230, 245 и 246.

[7] ↑ «Акты Историчиские», т. 1, № 207, стр. 397 — 398.

[8] ↑ До какой степени небрежно и не удовлетворительно это единственное издание Чердынской писцовой книги Кайсарова, предпринятое Шишонко в его «Пермской Летописи» (т. 2, стр. 185-251), можно видеть из того, что издатель счел нужным передать некоторые места книги своими словами, а в заключение, по совершенно непонятным соображениям, прибавил к Чердынской писцовой книге Кунгурскую книгу того же Кайсарова, не обозначив даже, где кончается одна и нчинается другая книга. Нам стоило не малого критико- библиографического труда разобраться в этой путанице, не смотря на наше специальное знакомство с источниками Пермской истории. Как же будут пользоваться этим изданием сторонние ученые? Вот обильный источник для ученых заблуждений.

[9] ↑ «Севернорусские народоправства», — I, 413

Поделиться: