1703 г. июля 20 — Сказка тюменского сына боярского Ивана Текутьева

1703 года июля в 20 день на Кунгуре на съезжем дворе перед стольником и воеводою перед Алексеем Ивановичем Калитиннм Кунгурского города перепищик тюменской сын боярской Иван Титов сын Текутьев сказал:

как де сего июля 17 числа кунгурские уездные крестьяне, собрався ис сел многолюдством на конех, приехав с полуденную сторону со степи часа за три до ночи и стали станицами, не доехав до земляного города сажен з двеста с лишком при березнике, и в то ж де время, он, стольник и воевода Алексей Иванович Калитин, по ведомости о их крестьянском к городу многолюдством приезде, призвав ево, Ивана Текутьева, для досмотру и спросу тех крестьян, для чего они, многолюдством приехав, и близ города стали станицами, и чтоб их в тех станицах спросить, для какова дела они под город к ноче приехали и стали станицами.

И по посылке ево, стольника и воеводы Алексея Ивановича, он, Иван, от земляного города к тем крестьянским станицам для допросу для какова дела они приехали, ездил с верхотурскими казаками и с кунгурскими посадцкими людьми.

И не доехав он, Иван, до тех станиц сажен за пятьдесят, и из них к себе призывал лютчих людей, чтоб их спросить, для чего они, под город приехав, стали станицами. И ис тех станиц пришед к нему, Ивану, человек з десять, и говорили ему, что де они приехали для мирского совету о приезде на Кунгур стольника и воеводы Алексея Ивановича Калитина, по какому указу и для чего он на Кунгур приехал. И ис тех людей, он, Иван, схватав дву человек крестьян, и привел к нему, стольнику и воеводе к Алексею Ивановичю, а имена они ему, Алексею Ивановичю, в роспросе сами сказали. А в кое время он, Иван, тех дву человек схватал, и в тех станицах они, крестьяне, крычали многолюдством иноземческим ясаком и вслед за ним, Иваном, к городу гонились.

И как з земляного города с роскатов стали стрелять ис пушек, и они остановились и к городу не пошли, и с того своего приезду стояли они, крестьяне, станицами под городом в том березнике без отъезду во всю ночь. А на другой день, по утру, как пришли они, крестьяне, в другой ряд под город на те же места и как против их он, Алексей Иванович, с служилыми людьми выходил к проезжей Алексеевской башне, чтоб их то злое намерение унять и в город их не пустить, и посылал к ним земских дел бурмистра Евтифея Веселкова и посадцких людей Фрола Шавкyнова, Лазаря Красноперова, а с ними посылал указы великого государя, каковы присланы на Кунгур с Москвы к земским бурмистрам и к градцким и уездным русским людем и иноземцом послушные памяти из Ратуши и из Сибирского приказу, что им велено во веем ему, стольнику и воеводе Алексею Ивановичю, быть послушным, и те указы они им, крестьяном, вычитали.

А в другой ряд он, Алексей Иванович, посылал к ним, крестьяном, соборной церкви протопопа Ивана Онтонова со священники, чтоб их от того злого дела уговорить и от города бы Кунгура они отъехали прочь. И они, крестьяне, стояли после тех посылок многое время. И как по них, крестьянех, з земляного города почали стрелять ис пушек, и они, крестьяне, с тех мест отъехали, и в то время он, Иван, был и все их злое намерение видел.

К сей скаске Иван Текутьев руку приложил.

ЦГАДА, ф. Сибирский приказ, 1703 г, кн. 1481, лл. 126-127.— Подлинник.

источник: О кунгурском восстании 1703 г. // Исторический архив, № 4. 1955

Поделиться: