1696, январь—март. Дело о покраже лошадей и разнаго имущества

Великим государем царем (имяна и титула), бьет челом сирота ваш, Кунгурского уезду села Введенского крестьянин Сенка Максимовых.

В нынешнем, государи, в 204 году, декабря против десятого числа, ношною порою, украли у меня сироты вашего из двора лошадь, мерина рыжа, во лбе лысина, а неверка мне сироте вашему в той моей украденной лошаде того же села на Василья Щекутина, да села Ильинского на Костянтина Затирахина в том: которые ночи ту мою сироты вашего лошадь украли, и в ту ж ночь объявилася у него Василья Щекутина ево Костянтинова лошадь, а ево Костянтина в тое время в том селе нихто не видал. Цена той моей лошади 4 рубли с полтиною. Милосердые великие государи (имяна и титула), пожалуйте меня сироту своего, велите, государи, их Василья и Костянтина поставить на Кунгуре в приказной избе и в том допросить и дать с ними очную ставку. Великие государи, смилуйтеся.

На обороте помета: 204, Генваря в 8 день, против челобитья послать и дать им очную ставку. — К сей челобитной вместо Семена Максимова, Ивашко Меншей Кадешников руку приложил.

204, Генваря в 9 день, по помете на челобитной воеводы Степана Осиповича Сухотина, а против челобитья села Введенского Сенка Максимовых, села Ильинского Костка Затирахин сыскан и роспрашиван, а в роспросе он Костка сказал: в нынешнем де в 204 году, в декабре месяце, а в котором де числе, того он Костка не упомнит, приезжал де он Костка в село Введенское к Васке Щекутину по свое сани по пошевни да по хомут, и ево де Васки в доме не застал, а в тех де санях и с хомутом уехал он Васка Щекутин в село Златоустовское к Николину дни к празнику; и он де Костка в дому ево Васки не застал и лошадь свою покинул к нему Васке во двор, и заказал де жене ево Васкине, чтоб он Васка на ево Косткине лошади привез к нему сани ево и хомут, а сам де он Костка из дому ево Васкина поутру домой уехал на другой своей лошади на зоре, а в селе де в Веденском и едучи назад дорогою ево Костку нихто не видал, и с Васкою де Щекутиным он Костка у него Сенки Максимовых из двора ево лошади, мерина рыжего, никогда не украдывали, тем де он Сенка ево Костку клеплет напрасно.

На обороте: По велению Костки Затирахина, Аврамко Пешков руку приложил.

Генваря в 12 день, против допросных речей Костки Затирахина, села Введенского Васка Щекутин сыскан и допрашиван, а в роспросе он Васка сказал: в нынешнем де в 204 году, декабря в 8 день, в вечеру, Костка де Затирахин приезжал в село Введенское к нему Васке по сани свое да по хомут, и ево де Васки в дому он Костка в то время не изъехал, а был де он Васка в селе Златоустовском у праздника у Николина дни, и те де ево Косткины сани и хомут он Васка увозил в село Златоустовское, и он де Костка начевал ночь и поутру де ставь, он Костка ушел домой пеш, а лошадь де свою кобылу карго оставил он Костка у нево Васки во дворе для того, чтоб де те ево Косткины сани и хомут ему Васке привезти к нему Костке в село Ильинское. А те де сани и хомут покинул он Костка у него Васки после Введениева дни вскоре. А с ним де Косткою он Васка у Сенки Максимовых из двора ево лошади, мерина рыжего, никогда не укрядывал. А после де того пришел он Костка спустя дни с четыре или с пять, и тое де свою лошадь с санми и с хомутом от него Васки взял и увел домов.

На обороте: К сему допросу, по велению Василья Щекутьева, Сенка Никитин руку приложил.

204, генваря в день, Костки Затирахина жена ево Огрофенка Семенова дочь в допросе сказала: муж де ее Костка ездил по сани к Васке Щекутину в село Введенское на одной лошади, и тое де лошадь оставил он Костка у него Васки Щекутина, а домой де пришел муж ее Костка пеш, а лошади де никакой с собою не приваживал и воровства де никакого она Огрофенка за мужем своим не ведает.

На обороте: По велению Огрофенки, Петрушка Иванов руку приложил.

Генваря в 18 день Костка Затирахин в застенке подниман и в петли висел, а с виски сказал: в вине де ево Косткине волны великие государи: в нынешнем де в 204 году, декабря против десятого числа, в ночи, села де Введенского у Сенки Максимова из двора лошадь ево покрал, и тое де лошадь свел он Костка на Середнюю Мечку и отдал Карпушке Усанину, и за тое де лошадь взял у него Карпушки мерина пегово. А как де тое лошадь ему Карпушке променял, и сказывал де он Костка ему Карпушке, что де та лошадь краденая, и та де лошадь и ныне у него Карпушки. Да он же Костка сказал: в прошлом де в 203 году Васка де Щекутин привел в то ж село Ильинское дву кобылок, гнедую да карюю, и карюю де кобылку променял он Васка Елфимку Суворову, а гнедую де кобылку отпустил на волю. Да он же Васка ныне по осени покрал лошадь в деревне Рубежеве у Ивашка Густокашина, и тое де лошадь отдал он Васка Ивану Кадешникову. Да он же Костка сказал: в прошлом де в 202 году, около Петрова дни, из Кунгурского де уезду из черемиской деревни Ключевской татарин Сапайко Кугаев взял дву лошадей гулящих, жеребца рыжего да кобылу гнедую, и, тех де лошадей взяв, он Сапайко и отвел к Кураску Кучюкову, и от него де Кураска тех лошадей свел он Сапайко в Уфинской уезд.

Того ж числа Васка Щекутин пытан, дано ему 15 ударов, а с пытки сказал: в вине де ево Васкине волны великие государи: у Ивашка де Густокашина в деревне Рубежей лошадь покрал, и тое де лошадь отдал Ивашку Кадешникову Болшему; и сказывал де ему Ивашку Кадешникову, что де та лошадь краденая.. Да он же Васка сказал: в селе де Введенском с Косткою Затирахиным покрали у Кирилка Киселева корову и свели в село Ильинское и продали Флорку Накорякову за чистое, а кобылки де карей Елфимку Суворову не променивал, а на гнедой де кобылке в село Ильинское приезжал и приехав, отпустил на волю, а поймал де тое кобылку близ села Введенского.

Генваря в 20 день, против пыточных речей Костки Затирахина, Карлушка Усанин пасынок сыскан и роспрашиван, а в роспросе он Карлушка сказал: в нынешнем де в 204 году, в декабре месяце, Костка де Затирахин лошади, мерина рыжего, во лбе лысина, не проминивал и ни про какую де воровскую лошадь он Костка ему Карпушке не сказывал; толко де он Костка в нынешнем в 204 году, вскоре после Николина дни осеннего, променял вотчиму ево Карпушкину Евсютке кобылу карюю, а взял за тое лошадь мерина, навороне пега, а за воровско ль де он Костка с ним Евсюткою менял, того он Карлушка не ведает.

На обороте: К сим допросным речам, по велению Карпа Юсанина, Амоска Шивкунов руку приложил.

Генваря в 21 день, против пыточных речей Васки Щекутина, Иван Кадешников Болшей в допросе сказал: в нынешнем де в 204 году, по осени, Васка де Щекутин к нему Ивану Кадешникову лошадь, мерина гнедово, привез и отдал ему Ивану за прежней долг, что де он Васка Щекутин имал у него Ивана преж того лошадь же; а как де он Васка тое лошадь ему Ивану отдал, а воровская ли та лошадь, того он Васка ему Ивану Кадешникову не сказывал, и где де он Васка тое лошадь взял или покрал, он - Иван Кадешников не ведает.

На обороте: К сей сказке и допросу Ивашко Кадешников руку приложил.

Генваря в 21 день, против пыточных речей Костки Затирахина, татарин Сапайко Кугаев роспрашиван, а в допросе своем сказал: в прошлом де в 202 году, около Петрова дни, из Кунгурского уезду из черемиской деревни Ключевской гулящих двух лошадей, жеребца рыжего да кобылу гнедую, не имывал, а дал де ему Сапайку тех лошадей в той деревне Ключевской он Костка Затирахин, и сказывал де ему Сапайку он Костка, что де те лошади гулящие, и за то де дал он Сапайко ему Костке 10 алтын денег, и тех де лошадей он Сапайко приводил к татарину Куразку Кучюкову и сказывал де ему Куразку, что де тех лошадей он Сапайко купил, и от него де Куразка он Сапайко тех лошадей свел в Уфинской уезд на Ай, и тех де лошадей он Сапайко променил.

На обороте: К сему допросу татарин Сапайко Кугаев тамгу свою приложил. Тамгу подписал Ивашко Попов.

Генваря в 21 день Костка Затирахин пытан вдругорядь, дано ему 11 ударов, а с пытки сказал Костка те ж речи, что с первой пытки: лошадь де жеребца рыжего покрал, и того де жеребца променял на краденое Карпушке Усанину на пегую кобылу.

Того ж числа Карлушка Усанин пытан, дано ему 11 ударов, а с пытки сказал: жеребца де рыжего у Костки Затирахина на кобылу пегую выменял за воровское, а тое де пегую кобылу выменял он Карлушка у Евтюшки Гудорова на чистое; а где де он Евтюшка тое кобылу выменял, того он Кар пушка не ведает. Да у нево ж де Костки выменял вотчим ево Карпушкин Евсютка кобылу карюю за воровское же, а отдал де на тое кобылу мерина навороне пегово, а вотчим де ево Евсютка выменял того мерина в манастырской вотчине у Ивашка Шарабары за чистое; а иного де мерина рыжего он Карпушка у Костки Затирахина никогда не выминивал.

* * *

Великим государем царем (имяна и титул) бьют челом сироты вашы, кунгурцы Ивашко Подоскин, Ивашко Кочергин на ведомого вора на татарина на Сапайка. В нынешнем, государи, 204 году, в сентябре месяце, украл он Сапайко у нас сирот вашых из Кунгурского уезду деревни Мидянки из поскотины спутаных дву лошадей: у меня сироты вашего Ивашка Подоскина украл лошадь мерина рыжа, 7 лет, грива налево с отметом, у правого уха сыспод ускирем вырезано, правая ноздря порота; а у меня сироты вашего Ивашка Кочергина украл лошадь, мерина гнеда, грива на обе стороны, левое ухо сыспод подрезано, нуздря велика. И ныне он ведомой вор Сапайко приведен на Кунгур в приказную судьбу в конной же краже и иные многие люди приведены в конных же кражех. Милосердые великие государи (имяна и титул), пожалуйте нас сирот своих, велите, государи, ево ведомого вора татарина Сапайка на Кунгур в приказной избе в тех украденых лошадях роспросить и по роспросу веять к делу. Великие государи, смилуйтеся, пожалуйте.

На обороте: К сей челобитной Ивашко Подоскин руку приложил. По велению Ивашка Кочергина, Мишка Иванов руку приложил.

***

Великим государем царем (имяна и титул), бьет челом сирота ваш Кунгурского уезду деревни Опачевки крестьянин Гришка Игошев. В прошлом, государи, в 201 году, в октябре месяце, бил челом вам великим государем, а на Кунгуре в приказной избе подал я сирота ваш явочную челобитную на неведомых воров, что украли у меня сироты вашего дву лошадей, мерина саврасого 8 лет, грива направо с отметом, на спине подпарины седелные неболшие, хвост крив, да кобылу карюю, грива направо с отметом, у гривы коса, на спине подпарины седелные, хвост долг, да с поля Долгово кобылку гнедую дву лет, грива острижена, хвост подрезан. Да в нынешнем, государи, 204 году, по осени, украли неведомые ж воры тое деревни из поскотины лошадь мою, мерина карего в летех, грива налево с отметом, на спине, на обех сторонах подпарины седелные неболшие, хвост толст, короток. И в нынешнем, государи, в 204 году приведены на Кунгур в приказную избу воры Костка Таширев с товарыщи да татарин Сапайко Кугаев в конной краже. Милосердые великие государи (имяна и титуле), пожалуйте меня сироту своего, велите, государи, их Костку с товарыщи в тех лошадех роспросить и пытать. Великие государи, смилуйтеся.

На обороте: К сей челобитной, по велению Григорья Игошева, Федка Трифанов руку приложил.

***

Великим государем царем (имяна и титула), бьет челом сирота ваш, Кунгурского уезду села Ильинское крестьянин Андрюшка Щербинин. В прошлом, государи, в 203 году, Генваря против 7 числа, ночным времянем, украли у меня сироты вашего неведомые воры из того села Ильинского лошадь мою, жеребца саврасого стемна, 3 лет, правое ухо по дву местом порото, левое ухо порото ж по одному месту, цена той лошаде 2 рубли. А ныне, государи, приведены на Кунгур в приказную избу воры конокрады, Костка Таширев с товарыщи, да татарин Сапайко. Милосердые великие государи (имяна и титул), пожалуйте меня сироту своего, велите, государи, их Костку с товарыщи роспросити Великие государи, смилуйтеся, пожалуйте.

На обороте: К сей челобитной, по велению Андрюшки Щербинина, Федка Трифанов руку приложил.

***

Великим государем царем (имяна и титул), бьет челом сирота ваш Кунгурского уезду села Ильинского крестьянин Мемьмонко Вештямов. В прошлом, государи, в 202 году бил челом вам великим государем, а на Кунгуре в приказной избе подал явочную челобитную на неведомых воров, что украли у меня сироты вашего в прошлом же в 201 году, в неделю Фомину, в субботу, дву лошадей, мерина бура в летех сросла, грива налево с отметом, правое ухо ззади скоса подрезано, у верхних зубов в средине губ выломлен, да мерина рыжа, 5 лет, грива налево с отметом, правое ухо порото. И в нынешнем, государи, в 204 году приведены на Кунгур в приказную избу кунгурцы Костка Таширев с товарыщы в конной краже, да татарин Сапайко Кугаев в конной же краже. Милосердые великие государи цари (имяна и титул), пожалуйте меня сироту своего, велите, государи, их Костку с товарыщи, роспросить и пытать. Великие государи, смилуйтеся.

На обороте: К сей челобитной, по велению Меммона Вештямова, Федка Трифанов руку приложил.

***

Великим государем царем (имяна и титул), бьет челом сирота ваш Кунгурского уезду деревни Сыры крестьянин Анфимко Русинов. В прошлом, государи в 203 году, марта в 13 день, бил челом вам великим государем я сирота ваш Анфимко, а на Кунгуре в приказной избе подал явочную челобитную на неведомых воров в кряже лошадей своих, что украли у меня сироты вашего с поля четыре лошади, кобылу саврасую в летах, жеребца карего против пятой, мерина саврасого 4 лет, жеребчика саврасого ж полутора года, пятна у тех лошадей у левых ушей колцы вырезаны вилцами. И в нынешнем, государи, в 204 году приведены на Кунгур в приказную избу воры Костка Таширев с товарыщы, да татарин Сапайко Кугаев в краже лошадей. Милосердые великие государи (имяна и титул), пожалуйте меня сироту своего, велите, государи, их Костку, с товарыщы да татарина Сапайка роспросить и пытать. Великие государи, смилуйтеся.

На обороте: По велению Анфима Русинова, Сенка Никитин руку приложил.

***

Великим государем царем (имяна и титул), бьет челом сирота ваш Кунгурского уезду Торговишского острожку крестьянин Федка Кулаков. В прошлом, государи, в 201 году, сентября против 3 числа, украли у меня сироты вашего воровские люди с поля дву лошадей моих, мерина сивожелезого 10 лет, грива налево с отметом, у задней правой ноги копыто на правую сторону криво, да мерина нарыже игренего, грива налево с отметом, левая ноздря немного розпорота. А ныне, государи, приведены на Кунгур в приказную избу воры, Костка Таширев с товарыщи да татарин Сапайко Кугаев, в краже лошадей. Милосердые великие государи (имяна и титул), пожалуйте меня сироту своего, велите, государи, их Костку с товарыщи да татарина Сапайка в тех лошадех роспросить и пытать. Великие государи, смилуйтеся.

На обороте: К сей челобитной, по веленью Федора Кулакова, Ивашко Дмитреев руку приложил.

Генваря в 24 день, Васка Щекутин пытан вдругоредь, дано ему 25 ударов и огнем зжен; а с пытки сказал те ж речи, что и с первой пытки: у Ивашка де Густокашина лошадь в нынешнем в 204 году, по осени, покрал, и тое лошадь отдал он Васка Ивашку Кадешникову Болшему, и сказывал де ему Ивашку, что де та лошадь краденая. Да в селе де Введенском с Косткою Затирахиным покрали у Кирилка Киселева корову и свели в село Ильинское и продали кунгурцу Ивану Туголукову за чистое. А Флорка де Накорякова с первой пытки он Васка поклепал напрасно. А кобылки де карей Елфимку Суворову не променивал, а на гнедой де кобылке в село Ильинское приезжал и отпустил на волю, а поймал де тое кобылку он Васка близ села Введенского.

Того ж числа Костка Затирахин пытан вдругорядь, дано ему 12 ударов и огнем зжен, а с пытки сказал те ж речи, что с первой пытки.

Того ж числа татарин Сапайко Кугаев пытан, дано ему на пытке 10 ударов; а с пытки про дву жеребенков сказал те ж речи, что и в роспросе. Да он же Сапайко сказал; в нынешнем де в 204 году, в сентябре месяце, лошадей Ивана Кочергина да Ивана Подоскина из деревни Мидянки покрал дву лошадей, мерина рыжего да гнедово, татарин Тюмянбечко Чабкин и свел в Уфинской уезд в деревню Иректу и продал, а кому де продал, того он Сапайко не ведает; а сказывал де ему Сапайку про то, что он Тюмянбечко приводил в Уфинской уезд таких лошадей деревни Сараш Уфинского ж уезду башкирец Канабечко.

Костки Затирахина жена ево Огрофенка приведена в застенок , поднимана и в петли висела, а сказала: в вине де ея Огрофенкине волны великие государи: к Елфимку де Пятунину для воровства в голбец лазила и рубашки мужские и женские и масло покрала и отдала де на збереж того же села Васки Лугового жене ево Опросиньице. Да она ж Огрофенка на пытке сказала: к пономарю де Ивашку Семерикову в прошлом году лазил Сергушка Ковалев в клеть и животы де ево Пономаревы покрал, да он же Сергушка покрал лошадь мерина серого в прошлом в 202 году у Елфимка Пятунина. Да она ж Огрофенка сказала: у Ларки де Саталова дву лошадей в нынешнем в 204 году покрал Сапайко Кугаев, и про то де воровство муж ея Костка Затирахин ведал же, а про то де ево Сергушкино воровство ведал Коняшка Осинец, и тое де лошадь Елфимка Пятунина украл с ним Сергушкою вместе.

Того ж числа, против пыточных речей Огрофенки Косткины жены Затирахина, Конашка Осинец пытан, дано ему 12 ударов, а с пытки сказал: у Елфимка де Пятунина никакой лошади с Сергушкою Ковалевым он Конанко не украдывал и ни про какое де воровство он Конашка про Сергушку Ковалева не ведает и никаких лошадей он Конашка в Кунгурском уезде и нигде не крадывал и никаким воровством не воровывал, тем де она Огрофенка ево Конашку поклепала напрасно.

Февраля в 1 день Костки Затирахина жена ево Огрофенка пытана вдругорядь, на пытке дано ей 5 ударов, а с пытки сказала она Огрофенка те же речи, что с первой пытки.

Того ж числа татарин Сапайко Кугаев пытан вдругорядь, на пытке дано ему 15 ударов, а с пытки сказал те ж речи, что с первой пытки. Да он же Сапайко сказал: у Гришки де Игошева лошадей покрал Ганинской волости татарин деревни Шаряш Ишейко Алишев и свел в Уфинской же уезд и отдал деревни Иректы Кункаску Маметеву, а га тех де лошадей взял он Ишейко 2 фунта табаку, а тех де лошадей взял он Кункаско у него Ишейка за воровское.

Февраля в 14 день Васка Щекутин пытан втретие, на пытке дано ему 20 ударов, а с пытки сказал: у Ивашка де Густокашина лошади в прошлом 203 году не украдывал; а которую де лошадь отдал он Васка Ивану Кадешникову, и тое де лошадь взял он Васка у Елфимка Суворова после Прокопьева дни за без гривны за сорок, и сказывал де ему Васке он Елфимко, что де та лошадь краденая, а он де Васка отдавал тое лошадь Ивану Кадешникову Болшему, и сказывал де про тое лошадь, что де та лошадь краденая ж от Елфимка Суворова.

Того ж числа Елфимко Суворов пытан и в петли висел, а сказал: в вине де ево Елфимкове волны великие государи: в прошлом де в 203 году, после Прокопьева дни, которую лошадь Васка Щекутин отдал Ивану Кадешникову Болшему, и тое де лошадь покрали они Елфимко с ним Васкою в селе Ильинском у Мысовских ворот, и отдал де он Елфимко тое лошадь ему Васке за долг за без гривны за сорок. Да он же Елфимко сказал: в прошлом же де в 203 году Костка Затирахин привел к нему Елфимку кобылу рыжу и променял на мерина на каряго и велел тое кобылу свести он Костка ему Елфимку в татара; и он де Елфимко тое кобылу свел в деревню Телес и отдал татарину Кошайку Хромому, и сказал де ему Кошайку он Елфимко, что де та лошадь краденая; и он де Кошайко за тое кобылу дал ему Елфимку тамгу свою в рубле, и та де Кошайкова тамга и ныне у него Елфимка. Да в прошлом же де в 203 году сказывал де ему Елфимку Костка Затирахин, что де Васка Щекутин в прошлом году привел в село Ильинское гулящую лошадь кобылку рыжую и променил ему Костке за краденое; а ныне де та кобылка в том же селе у Андриянка, что живет за рекою; а откуда де та кобылка к нему Андриянку пришла, того он Елфимко не ведает.

Февраля в 27 день, против пыточных речей Елфимка Суворова, Андриянко Калинин в допросе сказал: в прошлом де в 202 году, в великой пост, лошадь де кобылку рыжую того же села у Максимка Ветлуженина выменял за чисто, и та де ево Андриянкова мена с ним Максимком на Кунгуре в таможни в конских книгах в прошлом же в 202 году записана, а он де Максимко Ветлуженин тое кобылку выменял у Костки Затирахина; а за чисто ль де менял он Максимко с ним Косткою, того он Андриянко не ведает.

На обороте: К сему допросу Петрушка Баженов вместо Андреянка Калинина, по ево велению, руку приложил.

Марта в 2 день Елфимко Суворов пытан вдругорядь и в петли висел, а сказал те ж речи, что с первой пытки. Да он же Елфимко сказал: будучи де на Кунгуре в приказной избе, татарин Сапайко Кугаев сказывал ему Елфимку, что де в прошлом в 203 году приводил де к нему Сапайку Костка Затирахин мерина серого и сказывал де ему Сапайку он Костка, что де та лошадь краденая; и он де Сапайко тое лошадь у него Костки не принял; а куды де он Костка тое лошадь девал, того де он Сапайко ему Елфимку не сказал. Да он же Елфимко сказал: з гумна де Федки Гонкова хлеб молоченой из воряху он Елфимко с Федоском Балахонцовым да з братом (своим) Никишкою покрали, и тот де хлеб издержали в домех своих. Да он же Елфимко сказал: из клети де Федки Гонкова хлеб покрали деревни Голой Петрушка, прозвищем Огниво. Да он же Елфимко сказал: Петрушка ж де Огниво сказывал: в прошлом де в 203 году с Васкою Горбуновым покрали мы трех лошадей и тех де лошадей свели в Верх-Иренскую четверть и отдали татарину деревни Усть-Арии татарину Кунметку Акназарову. Да он же Елфимко сказал: у попа де у Стефана Афанасьева лошадь мерина саврасово да мерина рыжево, на губе белизна покрали татаря Абишко Янсарин да Кошайко Хромой в прошлом 202 году; а куда де тех лошадей они Абишко и Кошайко девали, того он Елфимко не ведает.

Да он же Елфимко сказал: в прошлом же де в 202 году татарин Кинка приежжал с товарыщем к нему ж Петрушке Огниву с товарыщем, а с руским ли де человеком или с татарином, того он Елфимко не ведает, для конной же кражи, и Петрушка де Огниво держал ево Кинку у себя в таях и с товарыщем ево под овином; а сколко де лошадей он Кинка в то время покрал, того он Елфимко не ведает.

Того ж числа Елфимко Суворов после пыточных речей на Кунгуре в приказной избе сказал: в вине де ево Елфимкове волны великие государи: в прошлом де в 202 году, зимнею порою, лавил де он Елфимко в клеть окном в селе Ильинском крестьянину к Осийку Кощиеву того ж села с Ивашком Ведерниковым, и взяли де воровски из той ево клети сукню темнозеленую анбурского сукна, три рубашки женских, кокошник золотой, и ту де сукню и рубашки и кокошник продали они Елфимко и Ивашко Петрушке Огниву, а взяли де за то 25 алтын, и сказывали де ему Петрушке, что де та сукня и рубашки и кокошник краденые, что де они Елфимко и Ивашко украли в селе Ильинском у Осийка Кощиева. И после де того почал он Елфимко спрашивать у него Петрушки про тое сукно и рубашки и кокошник, в он де Петрушка сказал ему Елфимку, что де он Петрушка возил тое сукню и рубашки и кокошник продавать на Осу, и на Осе де продать не мог, и продал де Трошке Носырю, и сказывал де он Петрушка ему Трошке, что де то краденое.

На обороте: По велению Елфимка Суворова, Трошка Дядюхин руку приложил.

И марта в 3 день, против сказки Елфимка Суворова, Трошка, прозвищем Носырь, допрашиван, а в допросе своем сказал: в прошлом де в 202 году деревни Гололой у Петрушки Огнива сукню темнозеленого сукна анбурского да кокошник, золотом шит, купил за чистое, а дал за тое сукню и га кокошник он Трошка ему Петрушке рубль денег, и про тое де сукню и про кокошник он Петрушка ему Трошке не сказал, что де тое сукня и кокошник краденые; а трях де рубашек женских он Трошка у него Петрушки не кудливал; а купя де тое сукню и кокошник, он Трошка свез в Сибирь.

На обороте: К сему допросу Петрушка Баженов, вместо Трошки Носыря, по ево велению, руку приложил.

И марта в 3 день, против пыточных речей Елфимка Суворова, Никишка Балахонцов сыскан и роспрашиван; а в роспросе сказал: с ним де Елфимком Суворовым да з братом своим Федоском з гумна Федки Голкова молоченого хлеба из воряху не украдывали и в домех де своих не издерживали, тем де он Елфимко ево Никишку и брата ево Федоска поклепал напрасно.

На обороте: По велению Никифора Балахонцова, Ивашко Евтихиев руку приложил.

Марта в 4 день, против пыточных и допроси ых речей Елфимка Суворова, Петрушка Огниво сыскан и роспрашиван; а в роспросе сказал: в вине де ево Петрушкине волны великие государи: в прошлом де в 202 году у Елфимка де Суворова красную рухлядь, сукню темнозеленую, сукна анбурякого, да две рубашки женских, да кокошник, золотом шить, купил; а на торгу де он Елфимко сказывал ему Петрушке, что де та рухлядь краденая, а у кого де крадена, того де он Елфимко ему Петрушке не сказал. И тое де рухляди, сукню да кокошник, продал он Петрушка сибирцу Трошке Носырю, и сказывал, что де та сукня и кокошник краденое; а две де рубашки продал он Петрушка осинцу, а как де того осинца зовут, того он Петрушка не ведает. А с Васкою де Горбуном он Петрушка в Кунгурском уезде никаких трех лошадей не украдывали и в Верх-Иренскую четверть не отваживали и татарину деревни Арии Кулметку Акназаряву не отдавывали; и в прошлом де в 202 году татарин Кинка к нему Петрушке для конной кражи с товарыщем ни с кем не приезживал и в таях у него Петрушки под овином не живали

На обороте: По велению Петрушки Огнива, Мишка Иванов руку приложил.

Марта в 4 день Данилко Иванов после пыточных речей сказал: в вине де ево Данилкове волны великие государи: в прошлом де в 202 году, летнею порою, села Троецкого крестьянин Васка Горбун даль ему Данилку трех лошадей, дву меринов вороных да мерина гнедово, и велел тех лошадей он Васка Горбун ему Данилку свести в Уфинской уезд, а сказал де ему Данилку он Васка, что де те лошади краденые. И он де Данилко тех трех лошадей свел в Уфинской уезд на Тулву, и вороново де мерина променил он Данилко Уранским татаром на мерина саврасого и, приведчи того саврасого мерина, отдал он Данилко ему Васке Горбуну, и того де мерина он Васка того ж году пременил в том же селе Минке Просвирнину. А другово де вороного мерина он Данилко продал тулвенскому татарину Зигинатку, а гнедово де мерина у него Данилка на Тулве деревни Сираш Сарманайко покрал и отдал зятю своему. Да в прошлом же де в 203 году, перед Покровом Пресвятыя Богородицы, к Петрушке де Огниву он Данилко с татарином с Кинкою приезжали для конной же кражи, и он де Петрушка ево Данилка и татарина Кинку держал у себя в таях под овином, и брат де ево Петрушкин Ивашко их Данилка и Кинку под овином и свежину варил, и начевали де под овином ночь. И назавтрие де того, он Петрушка ево Данилку и Кинку из-под овина свел на поле под сенной зород, и близ де того сена на озими с Кинкою он Петрушка поимали 5 лошадей, жеребца да кобылу саврасых, да мерина каряго, да мерина гнедово, да кобылку гнедую ж неболших; а поимав де тех лошадей, отдал он Петрушка им Данилку и Кинке, и тех де лошадей свели в Верх-Иренскую четверть к нему Кинке. А после де того на третей день он Петрушка приехал к ним Кинке и Данилку на гнедой иноходой кобыле на краденой же. А чьех де тех лошадей в то время с поля с тое озими он Петрушка и Кинка поимали, про то де ведает он Петрушка Огниво. Да они ж де Кинка и Петрушка ив тех шти лошадей дали ему Данилку жеребца да кобылу саврасых, и того де жеребца пременил он Данилко в деревне Бекбаеве Илметку Бекбаеву; а после де того он Данилко сказал ему Илметку, что де тот жеребец краденой. А тое де кобылу свел он Данилко на Тулву и продал татарину Азняшку Казаеву деревни Елпачихи за краденое, а взял де за тое кобылу рубль. Да в прошлом же де в 20В году, о той же поре, перед Покровом, в селе Ильинском швецы Артюшка да Трошка дали де ему Данилку дву краденых лошадей, мерина рыжего Корноухово да мерина буланого, и сказали де ему Данилку они Артюшка и Трошка, что мы де тех лошадей покрали на Куликовском поле. И тех де лошадей пряменил ов Данилко в Верх-Иренской же четверти в деревни у него ж Кинки уфинским татаром на мерина серого да на карего за воровское ж, и он де Кинка про тех воровских лошадей ведал же; и того де серого мерина он Кинка в то время взял к себе, а на карем мерине поехал было де он Данилко на Тулву, и наехал в деревне Елкибаеве у вотяка у Мулки Тетюкова Васка Горбуна з братом Миткою с воровскими ж с тремя лошадми, два мерина саврасых да мерин рыжей, и того де мерина карего он Данилко променил ему Васке и Митке на рыжего мерина; и они де Васка и Митка в то время сказывали ему Данилку, что де те три лошади покрали мы в Кунгурском уезде. А ныне де те швецы ив села Ильинского съехали и живут в Торговишском острошке.

На обороте: К сему допросу, по велению Данила Иванова, Лазарка Красноперов руку приложил.

Марта в 5 день, против допросных речей Данилка Иванова, Васка Горбун в застенке сказал: в вине де ево Васкине волны великие государи: в прошлом де в 202 году, летнею порою, он де Васка трех лошадей, дву меринов вороных да мерина гведово, отдал ему Данилку, и велел тех лошадей свести ему Данилку в Уфинской уезд на Тулву. А тех де лошадей, дву меринов вороных, дал ему Васке гулящей человек Артюшка, а чей де он сын, того он Васка не ведает. А сказал де он Артюшка, что де одного мерина вороного покрал он Артюшка в деревне Медвежье, да мерина ж вороного покрал в Строгановых вотчинах в деревне Сукине, а гнедово де мерина покрал он Артюшка в Сергинской вотчине; а дал де он Васка за тех трех лошадей ему Артюшке 2 руб. денег. А в деревне де Енкибаеве приезжали де они Васка з братом своим Миткою к чювашенину Мулке Тетюкову с крадеными с тремя лошадми, а было де у них два мерина саврасых да мерин рыжей, а мерина де саврасого покрал он Васка в деревне Жилине в прошлом в 202 году; а другого мерина саврасого выменял он Васка на Осе на краденое, а рыжего де мерина украл он Васка на Усть-Турви у вотяка в том же в 202 году. Да он же Васка в застенке сказал: брат де ево Васкин Митка в селе Ильинском у крестьянина Мишки Семерикова покрал быка пестрово и привел к нему Васке.

Того ж числа Митка, Васки Горбуна брат, в застенке сказал: в вине де ево Миткине волны великие государи: с которыми де лошадми были они Митка з братом своим Васкою с крадеными у чювашенина у Мулки Тетюкова, и дву де лошадей саврасых украл он Митка в дерявне Жилине, а рыжего де мерина украл он Митка на Веслянских полях, и про тех де лошадей он Мулка ведал, что де те лошади краденые. А дву де меринов саврасых свели они Митка з братом своим Васкою в Уфинской уезд, а рыжего де мерина они Митка ему Данилку Иванову променили на лошадь же. Да он же Митка сказал: в прошлом же де в 202 году, на Верх-Кунгурских полях, с Минкою Просвирниным украли корову пеструю и убили вместе. Да в том же в 202 году дву жеребенков рыжих, один де ево Миткин доморощенной, а другой краденой, и променил на саврасого мерина деревни Маитмасовы татарину Янапайкову сродному ево брату, и сказал де про того жеребенка, что де краденой.

Того ж числа Петрушка Пономарев, он же Огниво, против допросных речей Данилка Иванова, пытан, дано ему 10 ударов, а с пытки сказал: в вине де ево Петрушки не волны великие государи: в прошлом в 203, осеннею порою, Данилко де Иванов да татарин Кинка приезжали к нему Петрушке для конной кражи, и он де Петрушка их Данилка и Кинку у себя укрывал и в таях под овином держал. И пократчи де он Петрушка с ним Кинкою жеребца да кобылу саврасых, да мерина карева, да мерина, да кобылу гнедых, и отдал им Данилку и Кинке; и они де Данилко и Кинка свели тех лошадей в деревню Усть-Арии к нему Кинке. И после де того в третий день приехал он Петрушка к ним Кинке и Данилку в деревню Усть-Арии на гнедой иноходой краденой кобыле, Да он же Петрушка сказал: в прошлых де годех села Ильинского Федоска Балахонцов да Оска Гурянков лазили в клеть к Федке Голкову для хлебной кражи, и того де краденого хлеба они Федоско и Оска давали и ему Петрушке. А Трошке де Носырю он Петрушка сукню да кокошник, золотом шит, продал и сказывал де ему Трошке, что де та сукня и кокошник краденые.

источник: Титов А.А., Кунгурские акты XVII века

 

Поделиться: