Благодать, магнитная гора

Благодать, магнитная гора, на восточной стороне Урала, в Верхотурском уезде, в округе Гороблагодатских казенных заводов, с версту разстояния к востоку от Кушвинского завода, одно из важнейших в свете месторождений железных руд. Эта знаменитая гора не принадлежит однако же к числу высоких: высота ее над морем всего 1154 фута, а над поверхностью пруда Кушвинского завода 511 футов. Она стоит совсем уединенно на плоской равнине, лишь на западе примыкающей к холму, называемому Благодаткою, на западном и южном склонах которого расположены некоторыя строения Кушвинского завода[1]. По восточную сторону Благодати находится обширная низменность - Салдинское болото. Наибольшее протяжение горы от севера к югу составляет около 2½ верст и почти параллельно Уральскому хребту, от которого Благодать отстоит, по прямому направлению, верстах в 20.

План горы Благодать
План горы Благодать

План горы в полном размере

Гора имеет две вершины, разделенные между собою седловиной. На южной из них возвышаются еще две скалы, одна поюжнее, другая, меньшей высоты, посевернее; с вершины последней перекинут на первую наклонный деревянный мост; а на меньшую скалу всходят по лестнице, высеченной по западному ее склону. На скале, более высокой и весьма обрывистой к востоку и к западу, находится ровная площадка, обнесенная со всех стороне перилами, на которой прежде была беседка, а ныне находится часовня во имя Преображения Господня и чугунный памятник Вогулу, объявившему эту рудную гору начальству. Скалы эти состоят из магнитного железняка, весьма тесно смешанного с полевым шпатом. — Преобладающие горные породы в горе — по западную сторону — авгитовый порфир, а по восточную плотный полевой шпат серого цвета; чем ближе к подошве, тем толще покрыты эти породы поверхностным наносом. В особенности толстый нанос глины налегает на северовосточном подножии, заключающий в себе куски и глыбы железной руды, вероятно обрушившиеся с горы.
Наибольшие скопления руды находятся на средине восточного склона; к северу и к югу от них идут продолжения в виде жил, достигающих до 3 сажен толщины.

„Если к вершине Благодати приближаться с запада (говорится в указанной ниже статье академика Гельмерсена), то представляются обрывистые, темные, металлически-блестящие утесы, которые выставляются го авгитового порфира и получили свой нынешний вид от старинных разработок железной руды; потому что от этих разработок вершины горы, равно как и от позднейших, на восточном и южном отклонах, первоначальный ее очерк совершенно изменился. — От этого образовались отвесные утесы, узкие лога и глубокие впадины, куда собираются ключевые и дождевые воды. Все это вместе представляет странный вид, к чему немало способствует и темный цвет всех обнажений породы. — В тех местах, где разработки достигали наибольшей глубины, видна значительной величины нераздельная масса плотного, либо весьма мелкозернистого, магнитного железняка, проникнутого охряножелтыми, или мяснокрасными частями полевого шпата, реже томпаковобурыми листочками слюды. В верхней же части горы и на поверхности ее, магнитный железняк большею частию рыхл, выветрел и разсыпается в мелкий черный порошок; находящийся в нем полевой шпат бывает также в выветрелом состоянии."

Настоящие кристаллы магнитного железняка попадаются чрезвычайно редко, сидящими в трещинах и пустотах плотного, либо мелкозернистого железняка. Из посторонних минералов встречаются: серый колчедан, входящий не редко в массу самой руды, медная зелень, кристаллы полевого шпата, известковый шпат, апатит, анальсим, или кубоит. Местами находятся гнезда каолина или фарфоровой глины (продукт разложения полевого шпата).

Попадаются (ныне довольно редко) куски руды, одаренные способностью притягивать железо, т.е. натуральные магниты, впрочем несильные[2].

Содержание металла в руде изменяется между 50 и 65 процентами. Разработывается она открытыми разносами, или ямами. Добытая руда тут же подвергается обжиганию в особых печах, чтобы удалить по возможности большую часть серы, заключающейся в примешанном к ней серном колчедане, а также чтобы сделать твердую руду более удобною для размельчения перед плавкой. Руда для проплавки перевозится на заводы: Кушвинский, Баранчинский и Верхне-Туринский и плавится с примесью к ней бурых железняков.

При начале разработки горы, работы велись преимущественно на вершине горы и около ее; а ныне — в средней части горы, на восточном склоне.
Кроме того, у подножия из поверхностного слоя красных мясниковатых (т. е. вязких) глин добываются, заключенные в нем, глыбы железняка, иногда по нескольку пуд весом, составляющие продукты разрушения горы. Каждая разработка обозначена особым нумером. Теперь разработываются только нумера: 2, 8, 9, 10 и 11.

Разнос № 2 расположен на значительной высоте, к востоку от южной вершины горы. Западный край его, начинаясь с подножия южной скалы, спускается отвесно вниз на 14 сажен до почвы выработки. Длина этого разноса от запада к востоку 45 сажен. Он доставляет руду самую богатую по содержанию, из которой получается до 65 процентов чугуна; но качеству ее вредит содержание серы, доходящее иногда до ½ процента. Руда трудноплавка.

Разнос №2 и №8
Разнос №2 и №8

План разносов в полном размере

Разработка № 8, представляющая две продолговатые ямы, расположенные рядом одна возле другой, на юговосточном скате горы, доставляет руду неособенно богатую по содержанию (от 60 до 55 процентов) и крепкую, но за то почти вовсе несодержащую в себе серы. В ней есть значительная примесь марганца.
Разнос № 9 расположен на северной части восточного ската горы, довольно близко к ее подошве. Добываемая тут руда известна своею легкоплавкостью, и потому весьма уважается на заводах; добытая летом, от влияния воздуха, скоро разрушается и обращается в мелкий порошок (между тем как руда из № 8-го от влияния атмосферных деятелей не разрыхляется и не разрушается весьма долго); примесь серы весьма незначительна.

Нумера 10 и 11, находящиеся при подошве горы на севере и востоке, доставляют руду валунчатую, т. е. в виде кусков и глыб различной величины, заключающихся тут в глине. Руда весьма добротная; но месторождения эти почти выработались и не представляют особенной надежды в будущем.
Ежегодно добывается из Благодати от 1 до 1½ мильонов пуд руды, и на много еще лет достанет ее руднаго богатства.

Гора Благодать известна и разрабатывается уже почти 140 лет

Весною 1735 г. шихтмейстер Ярцов[3], заведовавший Шайтанским заводом цегентнера Никиты Никитича Демидова (младшего сына родоначальника Демидовых Никиты Демидовича[4] и младшего брата Акинфия Никитича, владельца и строителя весьма многих заводов, богача и могучего человека) ездил с прикащиком того завода на сибирскую сторону Уральского хребта осматривать железные рудники, найденные заводскими служителями на р. Баранче (см. это слово). Во время пути Ярцов и спутник его останавливались в вогульской деревне Ватиной (ныне уже не существующей, но находившейся вероятно либо на Баранче, либо на Тагиле, выше впадения в него Баранчи). Там явились к ним хозяин квартиры Яков Ватин и живший у него в доме другой Вогулич Степан Чумпин, и представили куски магнитной железной руды из недалекой оттуда горы на берегу речки Кушвы, впадающей в Туру. Вогулич Чумпин уверял, что такой руды там чрезвычайно много. Вскоре потом, осматривая заводы, прибыл в Шайтанский завод советник Хрущов, помощник тогдашнего начальника Уральских и Сибирских заводов д. с. с. Василья Никитича Татищева[5]. Шихтмейстер Ярцов показал ему образцы магнитной руды с Кушвы, полученные от Вогул, и сказал, что прикащик Демидова Мосолов уж поехал осматривать рудное место. Хрущов приказал Ярцову ехать немедленно в Екатеринбург и объявить руду в канцелярии главного заводов правления. Донесение Ярцова о кушвинской магнитной руде поступило в горную канцелярию 14 мая 1735 г. В тот же самый день, туже самую руду заявил в канцелярии сын цегентнера Демидова, Василий, от имени своего отца, и просил, чтоб дозволено было ему построить, со временем[6], на р. Кушве, завод с двумя доменными печами, а на Туре реке молотовые фабрики для выделки железа.

Канцелярия главного заводов правления командировала для осмотра этого рудного месторождения чиновника Арцибашева в геодезиста Шишкова; предписано им изследовать богатство и положение рудника, избрать удобные места для постройки заводов и снять план всей той местности. Все это было сделано.

Воротившись в Екатеринбург, Арцыбашев донес:

Объявленная Ярцовым руда находится в горе, по течению Кушвы реки, на правой стороне, в 1 версте от реки. Руда весьма благонадежна и достойна разработки, при том находится в таком количестве, что можно там содержать 4 доменные печи. В 1 версте от рудника весьма удобно на р. Кушве построить плотину и чугуноплавильный завод. Ниже этого места, в 6 верстах, Кушва впадает в Туру, на которой двумя верстами ниже устья Кушвы можно построить другой завод. По словам жителя деревни Ватиной, новокрещенного Вогулича Ивана Белова, от завода на Туре можно удобно провести дорогу через Уральский камень до р. Чусовой, на вогульскую деревню Копчик.

Арцыбашев привез с собой полтора пуда магнитной руды, которая пробована в малой печке; по пробе вышло, из пуда руды, железа, вытянутого в полосу, десять фунтов; и то железо явилось самое доброе, мягкое и жильное.

Татищев оценил по достоинству новое открытие. Собран был горный совет, в котором, кроме членов канцелярии главного заводов правления, присутствовали многие другие горные офицеры. Нашли полезным строить там казенные заводы, но признали, что так как в том краю совсем нет никаких жителей, кроме Вогуличей, то трудно будет этому делу дать такое развитие, какое следовало бы по множеству руды и лесов. Василью же Демидову положено было этой горы не отдавать, потому что ему, за недостатком рабочих, завод там и в несколько лет построить невозможно.

«А такое великое сокровище и руды, каких еще при всех казенных и партикулярных заводах, кроме Акинфия Демидова, нет, оставить туне весьма не прилично.»

Татищев высказал при этом, что в Швеции железные руды в Даннеморе и медная в Фалуне разрабатываются в одной и той же местности многими частными промышленниками, под надзором казны: но возможно ли будет добывать руду и из новооткрытой горы различным частным лицам, которые захотят построить вблизи от нее заводы, а других хороших руд иметь но будут? Окончательно определено было: 1) послать на Кушву надзирателя лесов (лесничаго) Куроедова, штейгера Вейделя и шесть человек горных учеников, чтобы изследовать рудную гору подробнее шурфовкою; 2) Куроедову, при пособии Вогуличей, сыскать дорогу от того места к Верхотурью и на Чусовую; 3) истребовать из Верхотурья работников и очищать место, где на р. Кушве следует быть плотине и заводу; 4) собрать в Екатеринбурге, сколько можно, заводчиков и прикащиков их, для рассуждения о том, полезно ли будет допускать многих промышленников к добыче руд, как в новооткрытой горе, так и в других, подобно ей, богатых рудниках.

16 июня собрались в Екатеринбург на совет заводчик Василий Демидов, прикащик его Молосов, также прикащики Строгоновых, Осокиных и Акинфия Демидова. Они согласно определили, что

„руду во вновь открытой горе и в других тому подобных, богатых рудных горах, добывать допускать надлежит, с отводом каждому своей части, какая кому, по усмотрению построенных домен, определится; и добывать всякому в своей шахте и штольнах своими работниками, не повреждая других копей, но порядочно. И так могут довольствоваться из одной горы многие заводчики, а не один, и возить к заводам, каждому к своему, своими работниками. Кто же, приняв на той горе место, обыщет руду инде и тут работать не похочет, тоб оставить на их волю.“

На другой день опять созван был совет из горных офицеров. Определено: из магнитной горы на Кушве и из других, какие найдены будут впредь столь же богатые, допускать копать руду и возить на свои заводы всякому промышленнику, который это пожелает. Сначала следует выбрать лучшее место для казны; в остальной части горы делать отводы частным лицам, где кто просить будет, каждому по поверхности земли по 10 квадратных сажен на домну; кроме того отводить подле горы каждому по 40 квадр. сажен на кладку камня, руд и на строение изб; руду добывать, штольны и шахты закладывать, укреплять и содержать под присмотром, определенных от казны, надзирателя и штейгера, которых содержать на общий счет.

В Сентябре того же 1735 года Татищев сам ездил для обозрения магнитной горы.

В официальном путевом журнале его или дневальной записке, 9 сентября, записано:

«Осматривал гору и шурфы или копи рудные. Оныя до верху и в средине горы копаны в длину сажен на 200, поперег до 60. Все руда ружная гольян ся вохрою, сплошь, с разсединами[7]. Горы оныя вверх остры, одна другой выше. На одной рудный камень выставился вверх, как столб, сажени три, а другие меньше. Со средней горы видно Павлинский (Павдинский) Камень и за Верхотурье, как Вогуляк сказывал, и видно гора со снегом, до которых верст около ста счисляют. На верхнюю ж въезд труден, а пешком я идти не мог. Штейгер сказал, что и на оной такая же руда. И я, видя, что оное сокровище подлинно можно благодатию Вышнего назвать, того ради самую высшую назвал Благодать, которое значит собственно имя Ея Императорского Величества[8]. А прочим погоркам или нижайшим горам — по сделании чертежа имена дать впредь.»

В поездке на гору, Татищева сопровождал объявивший об ней Вогулич Чумпин. Он перед тем ездил недель семь с надзирателем лесов Куроедовым, указывая ему места для проложения дорог и строения заводов, за что Куроедов дал ему 2 р. 70 к. Вогулич был этим недоволен и просил, чтоб его еще наградить за прииск руды. Но так как на открытие магнитной горы изъявлял претензию и другой Вогулич, Ватин, приносивший Ярцову рудные образцы вместе с Чумпиным, то Татищев велел Куроедову распросить порознь всех жителей вогульской деревни, один ли Чумпин нашел магнитную гору, или вместе с Ватиным, а между тем, пока, выдал Чумпину еще два рубля. По распросам Куроедова, оказалось, что магнитную гору отыскал еще лет за семь до того отец Степана Чумпина, Анисим (значит около 1728 года), о чем он и сказывал жителям своей деревни; но не указывал места самой горы, Яков же Ватин явился вместе с Чумпиным к Ярцову только с целью получить также награду. Вследствие того Степан Чумпин был вытребован в Екатеринбург, в канцелярию заводского правления, и 24 января 1736 года видано ему в награду двадцать рублев (следовательно он всего получил 24 р. 70 к.). Кроме того в протоколе канцелярии сказано:

«Да и впредь, по усмотрению в выплавке обстоятельства тех руд, ему Чумпину надлежащая заплата учинена будет.»

Но более никаких наград ему не было, так как гора Благодать вскоре перешла в частное владение, прежде чем началась плавка ее руд в большом виде.

О жертвоприношении Чумпина

Во многих печатных статьях и книгах новейшего времени рассказывается, будто на г. Благодати Вогулы приносили жертвы своим божествам, и будто, озлобясь на Чумпина, за то, что он указал русским священное их место, они сожгли его живого на этой самой горе. Прописало это даже и на упомянутом выше памятнике, поставленном в 1826 г., при начальнике Гороблагодатских заводов Мамышеве, на вершине горы. Но сказание это по видимому позднейшего происхождения; по крайней мере в архивных делах я не нашел ни одного документа, который бы указывал на такое или подобное событие. Притом ни Гмелин, осматривавший гору Благодать, в 1742 г., ни Паллас, приезжавший в Кушву в 1770 г., ни Герман, осматривавший Благодать в 1783 году, ни Попов в огромном своем хозяйственном описании Пермской губернии, вышедшем в свет в 1804 г., ничего не упоминают о сожжении Чумпина.

Напротив, из архивных дел видно, что Вогулы ничего не знали о магнитной горе до тех пор, пока им сказал о ней отец Степана Чумпина, Анисим, умерший в 1734 г., что и потом точное местоположение ее знал только Степан Чумпин, находившийся с отцом своим (вероятно на охотничьем промысле) в то время, когда тот отыскал в этой горе руду. Почти все Вогулы этой местности тогда были уже христиане (хотя, вероятно, не вполне еще оставившие свои прежние языческие обряды и суеверия). Когда строились Гороблагодатские заводы, окрестные Вогуличи были в приязненных отношениях с русскими; продолжали отыскивать и объявлять руды, указывали удобные места для прокладки дорог от Кушвы в Чусовой и оттуда к Кунгуру, и проч.

Вообще, живя в соседстве весьма значительного в то время города Верхотурья и проходившей чрез него главной сибирской дороги, а с другой стороны — в соседстве с заводами Демидова и русскими слободами и деревнями, по рекам Тагилу и Нейве, они далеко не были так дики, как более северные их соплеменники (обитавшие по Сосве и Лозве), и скоро совсем обрусели[9]. Прибавлю здесь еще, что работы на Благодати (и именно на вершине ее) начались вслед за заявкою ее и продолжались потом, в большем или меньшем размере, непрерывно; что в начале сентября 1735 г., почти за пять месяцев до прихода Чумпина в Екатеринбург за получением награды, у самой вершины горы (как видно из оффициального дневника Татищева) был уже домик, в котором жили штейгер, два берггауера (рудничные подмастерья), 4 горных ученика, 1 писарь и четверо работников из ссыльных. Поэтому убийство, а тем более сожжение живьем, на вершине горы человека, известного высшему начальству, рудоприискателя, никак не утаилось бы от властей, да и не таков был человек Василий Никитич Татищев, чтобы оставить подобное преступление безнаказанным, или по крайней мере не исследованным строго.

В первый раз известие о убиении Чумпина своими одноплеменниками явилось в 1827 году в горном журнале, в статье Галляховского, горного офицера (бывшего в последствии начальником Гороблагодатских заводов): Геогностические замечания в округе Гороблагодатских заводов. Именно в этой статье сказано:

Первое открытие минерального богатства в Гороблагодатском Урале должно отнести к 1730 (1735) г. и приписать Вогулу Степану Чумпину, одному из прежних обитателей сего края, виновнику бытия Гороблагодатских заводов, который тогда объявил правительству, что в одной из здешних гор находится железная руда. Действительно нашли, что гора сия, представляющая огромную продолговатую массу, с двумя на ней отдельными возвышениями (из которых одно в последствии сработано) великое обещает богатство: многия места на ее поверхности, как и те вершины оной, оказались состоящими почти из чистой железной руды. Столь великое изобилие руд, притом весьма богатых, и послужило поводом к заведению здешних заводов. Гору назвали Благодатью, а заводы Гороблагодатскими. Вогула наградили 20 рублями; но он дорого заплатил единородцам своим за привлечение внимания русских к месту их жительства: изустное предание говорит, что они принесли его в жертву своему шайтану на одной из помянутых железных сопок. Ныне (в 1826 году) признательное правительство воздвигло ему на том месте памятник“.

Затем известие это повторено было в путевых записках Эрмана, приезжавшего в Кушву в 1828 г., и Розе, бывшего там с Гумбольдтом в 1829 г.; но тот и другой путешественники говорят уже определительнее, что Чумпин был сожжен живой на вершине Благодати. Разсказ этот и Эрман и Розе могли слышать от кого-либо из сопровождавших их на гору местных офицеров, может быть от Галляховского же. Между тем известно, что у Вогул, равно как у родственного им племени Остяков, совсем не были в обычае сожигательные жертвоприношения; никогда они также не приносили в жертву божествам своим людей. При торжественных молениях Вогулы закалая жертвенное животное, сожигали (и то только - по словам одного Георги) в честь божества только мозг его (с прибавкою сала, для лучшого горения), а мясо съедали сами.

Но как бы то ни было, легенда о сожжении Чумпина пошла в ход, и никто почти из писавших в последние годы о Благодати не забывал упомянуть о том, как Вогулы отмстили указавшему эту гору русским. И в глазах каждаго приезжаго легенде этой придает характер несомненной истины надпись на чугунном памятнике, при составлении которой, к сожалению, не руководствовались правилами исторической критики.

***

Об открытии магнитной горы, о наименовании ее Благодатью, о изобилии и достоинстве ее руды, о большом количестве около нее лесов и удобстве постройки в том крае заводов Татищев, донес императрице. Затем началась постройка чугунноплавильного завода на р. Кушве; кроме того избраны по близости еще два места для заводов: одно на р. Туре (где ныне Верхне-Туринский: завод), а другое на речке Имянной (строение этого последнего завода было потом отменено). В тоже время добывалась на Благодати руда.

Но постройка заводов замедлилась, потому что не получалось на то решительного определения из Петербурга, не было дало средств и не приписано крестьян. Добыча руды тем не менее продолжалась. К началу 1738 г. на Благодати было добыто более 180 тысяч пуд руды. На Кушвинском заводе к тому же времени почти совсем окончена была плотина в только немного не докладены две доменные печи; строилась плотина для завода на Туре.

В марте 1739 г. императрица Анна Иоанновна повелела: гору Благодать со всеми состоящими при ней заводами отдать генерал-берг-директору Шенбергу, Саксонцу, не задолго веред тем поставленному в главе горного управления России. Собственно говоря Шенберг (по свидетельству Татищева) был тут лицо подставное, а лакомым куском, под его именем, завладел герцог Бирон. Шенберг обязался за существовавшие уже при заводах казенные строения и припасы заплатить деньги, но не заплатил ни копейки. Вместо того из казны же отпускаемы были ему несколько раз деньги на заводское действие. Кроме находившихся уже при заводах и при руднике мастеров и работников, приписано для работ 3000 крестьян. Для ведения работ посланы на заводы штейгера и мастера, выписанные на казенный счет из Саксонии. Управляли заводами Шемберга иностранцы Фохт и Бланкенгагем, считавшиеся в русской горной службе, получавшие жалованье от казны и присланные на Урал под предлогом присмотра за казенными заводами.

При таких средствах можно было вести дело. Гора Благодать начала деятельно разработываться. Кушвинский, и Туринский заводы окончены и пущены в действие.

Как выше сказано, Шенберг за заводы не уплатил ничего; не возвратил он и полученных в ссуду денег. По обязательству своему, он с 1740 г. должен был, вместо пошлины с добываемого металла, платить в казну ежегодно, по 9 тысяч руб., — и не платил. Не платил и подушных за приписных крестьян, хотя и следовало по закону. Кроме того ему продано било в три раза, в долг, железа с казенных заводов 570 тысяч пуд. Шенберг продавал это железо иностранным купцам за наличные деньги, а в казну за него все-таки ничего не отдал.

После падения Бирона, гора Благодать и Кушвинские заводы некоторое время еще оставались во владении Шемберга. Но в первый же год царствования императрицы Елизаветы Петровны рудники и заводы от него отобраны, а вскоре и сам он арестован, лишен чинов и ордена св. Александра Невского и приговорен сенатом к уплате всех казенных долгов и недоимок, За исключением суммы, следовавшей за отданные ему заводские строения и припасы. Впрочем, через некоторое врем он освобожден был из под ареста и выслан из России, при том с него взыскано в казну 200 тысяч рублей.

Через двенадцать лет (в 1754 г.) гора Благодать, с заводам Кушвинским, Туринским, Барачинским (построенным от казны и пущенным в действие в 1747 г.) и со вновь начатым, постройкою Нижне- туринским, опять отдана была в частные руки — сильному того времен вельможе — графу Петру Ивановичу Шувалову. Вместе с заводами Шувалов. получил не только все количество имевшихся на них в готовности чугуна и железа, но и железо уже отправленное с Гороблагодатских заводов с караваном, и даже доставленное в разные места, но еще непроданное. Для управления заводами Шувалову даны были с казенных заводов горные офицеры Степанов и Москвин. Множество крестьян, приписано было к заводам, в добавок к прежним.

Уплата денег за заводы и за готовые уже заводские изделия разсрочена была графу Шувалову на десять лет. А пока, по просьбе его, велено было сумму, ассигнованную уже из казны на годичное содержание тех заводов, выдать управляющему Шувалова. Такое начало мало подавало надежды на исправную уплату денег в казну. И действительно, граф Петр Шувалов до самой смерти своей (в 1762 г.) за заводы и за металлы не заплатил ничего.

Управляющие гр. Шувалова построили, для переделки гороблагодатского чугуна в железо, три новых завода: Серебрянский, на западном склоне Урала, в 67 верстах от Кушвинского, Воткинский и Ижевской — оба в дальнем оттуда разстоянии, по правую сторону Камы, в нынешнем Сарапульском уезде Вятской губернии; да кроме того устроили две доменные печи на железном Баранчинском заводе, для увеличения проплавки руд из горы Благодати[10].

По смерти П. И. Шувалова, оставившего сыну своему Андрею 680 тысяч казенных долгов (в том числе за заводы 177 тысяч), Екатерина II, в 1768 году, повелела за весь этот долг взять у гр. Андрея Шувалова Гороблагодатские и Камские (т. е. Ижевской в Воткинский) заводы, а выделанное уже на них железо оставить ему безденежно, на расплату с частными долгами. — С тех пор заводы эти оставались постоянно в казенном владении.

В 1766 г. окончательно построен был большой железный Нижне-Туринский завод, для переделки в железо гороблагодатского же чугуна.

Таким образом гора Благодать через тридцать с небольшим лет после ее открытия уже доставляла работу семи значительным заводам, раскинутым на обширном пространстве: Кушвинскому, Баранчинскому, Верхне-Туринскому, Нижне-Туринскому, Серебрянскому, Воткинскому и Ижевскому[11], и блистательно оправдала название, данное ей Татищевым.

***

Как уже сказано, первые работы велись на вершине Благодати и около вершины. Это много изменило ее первобытный вид. Из приведенного ранее отрывка из дневника Татищева, осматривавшего гору в сентябре 1735 г., видно, что гора имела тогда три вершины и на одной из них, крайней (вероятно южной) выдавалось еще насколько столбообразных утесов магнитного железняка: Академик Гмелин, посещавший Благодать в 1743 г., говорит, что самые заметные утесы магнитнаго железняка выдаются у вершины, в южной части и пониже этой вершины. В изданном в 1797 и 1798 годах сочинении Германа: Mineraligische Reisen in Sibirien сказано, между прочим, о Благодати:

„Первые работы производились на южной сопке, где добывались и сильнейшие магниты. Но вся эта сопка, составлявшая собственно главную вершину горы, более чем на две сажени своей высоты, уничтожена прежними работами. Впрочем еще к северу выдается незначительная ее часть, на которой построена небольшая беседка; но эта часть уж очень мало магнитна“. (Герман сам был на Благодати в 1783 году).

О том, что в первые годы разработки Благодати в верхней части горы попадались хорошие натуральные магниты, свидетельствует и Паллас, осматривавший гору в 1770 году:

„Около самого верху горы, на коем состроен увеселительный домик (беседка), вздымается еще другой высокий холм, состоящий из магнитного железняка. Сказывают, что были в оном прежде изрядные магниты, кои большею частию уже выломаны и едва есть теперь что хорошее. Торчащие камни однакож показывают свою магнитную силу".

Ныне же уже редко попадаются куски железняка, обладающие в небольшой степени свойствами натуральных магнитов (о чем сказано выше).

С вершины Благодати, на западе, виден Уральский хребет, отстоящий в 20 верстах, невысокий тут и неширокий, на северозападе — другая магнитная гора Качканар, высотою более чем вдвое превосходящая Благодать и отстоящая от нее в 50 верстах; на югозападе — Баранчинский завод и позади его гора Синяя, более чем в полтора раза выше Благодати. Вид на восток не представляет ничего привлекательного: разстилается перед глазами только обширное Салдинское болото.

Библиографические указания:

  1. Iohann Georg Gmelin, Reise durch Sibirien von dem jahr 1738 bis 1743. Т: ІѴ, стр. 419-721.
  2. Палласа, Путешествие по разным провинциям Российского государства. Русского перевода часть 2-я, книга 1, стр. 264 и 265.
  3. Hermann, Mineralogische Reisen in Sibirien. Часть 2, cтр. 121 — 127.
  4. Галляховского, Геогностические замечания в округе Гороблаг. заводов. Горн. Журнал 1827 г., кн. 10, стр. 31 и 37 — 44.
  5. Архипова, Геогностич. обозрение округа Гороблагод. заводов. Горн. Журн. 1833 г., кн. 3, стр. 297 — 310.
  6. Adolf Erman, Reise um die Erde durch Nord Asien und die biede Oceane. Erster Abtheilung: Historischer Bericht. Том первый, 1833 года, стр. 360 — 365.
  7. Rose, Reise nach dem Ural, dem Altai und dem Kaspischen Meere. Том 1,1887, стр. 841 — 348. Русский перевод заключающихся в этой книге сведений о Благодати см. в Горн. Журн. 1838 г., книга 4, стр. 83 — 92.
  8. Гельмерсена, Магнитная гора Благодать в Северном Урале. Горн. Журн. 1838 г., кн. 8-я.
  9. Колтовского, Описание Гороблагодатских заводов (неоконченное). Горн. Журн. 1839 г. книжки 1, 3 и 6. Сведения о горе Благодати и о разработках ее — в книжке 6, стр. 445 — 457.
  10. Щуровского, Хребет Уральский в физикогеографическом, геогностическом и минералогическом отношениях, 1841 г.; стр. 337 — 355.
  11. Еремеева, Заметки о месторождениях железных руд в горнозаводских дачах хребта Уральского. Горн. Журн. 1859. с., кн. 5. Сведения о Благодати тут на стр. 315 — 320.
  12. Антипова, Характер рудоносности и современное состояние горного дела на Урале. Горн. Журн. 1860 г. Сведения о Благодати в книжке 1, стр. 7 — 15.
  13.  Котляревского, Путешествие по Уральским и в Луганский заводы в 1864 году. Горн. Журн. 1865 г., кн. 2 стр. 489 — 492.
  14. Н. Чупина, Об открытии и первоначальной разработке магнитной горы Благодати, Горн. Журн. 1866., г., кн. 11. Статья эта составлена по старинным делам Екатеринбургского горного архива.
  15. Лисенки, Исторический очерк разведок горы Благодати Горн. Журн. 1870 г., кн. 5. — Приложен план Благодати, а тактже планы разработок № 2 и № 8.
  16.  Мостовенки, Записка о разведке горы Благодати (в 1871 и 1872 годах). Горн. Журн. 1873 г., книжка 1-я, стр. 73-82.

[1] ↑ Иные ошибочно называют, даже в печати, этот холм Малой Благодатью, между тем как возвышенность этого имени заключающая в себе Малоблагодать, или Валуевский рудник магнитного железняка, не особенно впрочем богатый, находятся совсем не тут, а верстах в девяти к юговостоку оттуда.
[2] ↑ В статье акад. Гельмерсена о горе Благодати сказано, что она доставляет много натуральных магнитов, которые даже без оправы поднимают тяжесть в 4 и 5 раз больше против собственного своего веса. Но известие это, повторенное и в Материалах для Минералогии России, Н. И. Кокшарова, ошибочно. Правда, несколько лет тому назад был, сказывают, в Кушве казенный мастер, обделывавший в оправу натуральные магниты по заказам из разных мест; но магниты эти, иногда весьма сильные, всегда привозились с горы Качканара.
[3] ↑ Шихтмейстеры на частных заводах тогда были нечто вроде заводских исправников позднейшего времени, только с правом, гораздо большого вмешательства в хозяйственные дела заводоуправлений.
[4] ↑ Отец Никиты Демидовича, Демид Григорьевич, писался не Демидовым, но Антюфьевым.
[5] ↑ Алексей Федорович Хрущов, приятель известного кабинет-министра Волынского, казненный вместе с ним в 1740 г., в угоду Бирону.
[6] ↑ Тогда, вероятно, не было средств. Никита Никитич далеко не был так богат, как брат его, Акинфий, наследовавший, по Петровскому закону о маиоратстве, все недвижимые имения и заводы отца своего.
[7] ↑ Кажется это место. следует понимать так: руда выходящая наружу, на поверхность земли, обнаженная, голая, местами покрытая железной охрою, сплошная или плотная, с трещинами.
[8] ↑ Т. е. царствовавшей тогда Императрицы Анны Иоанновны. По толкованию полного месяцеслова, имя Анна, по еврейски, значит Благодать.
[9] ↑ Все Вогулы деревни Ватиной, спрошенные в августе 1735 г. Куроедовым, о том, кто в действительности нашел магнитную гору на Кушве: Степан Чумпин, или же Яков Ватин, носили христианские имена: Федор, Алексий, Никита, Прокопий к проч.
[10] ↑ Эти доменные печи предполагалось сначала построить на Нижне-Туринском заводе, но место на Баранче, как ближайшее к Благодати, найдено было более удобным.
[11] ↑ Ижевской завод, впоследствии, обращен в оружейный и передан в военное ведомство.

Печатается по: Н. К. Чупин "Географический и статистический словарь Пермской губернии", 1873, том I

Поделиться: